— Дайте! — он выхватил бумажку. — Черт, где-то я слышал это имечко, и вроде даже недавно! Посидите, я пойду позвоню!

Сидеть над остывающим кофе пришлось долго, а в итоге Дурсль вернулся ни с чем.

— Как вы и говорили: есть такое заброшенное поместье, там много лет никто не живет, а кто теперь хозяин — бог весть. Чтобы это узнать, нужно заплатить бешеные деньги, — сказал он.

Эйприл молча раздумывала.

— Знаете, — сказала она, — мы вот только что подумали о том, чтобы объединиться. Но это неверно. Нам нужно разъединиться.

— Это как? — нахмурился Дурсль.

— Я не наверняка знаю, но примерно догадываюсь, какие цели преследовали те, кто подкинул мальчиков именно в эти дома, — тихо произнесла Эйприл. — Вы сами подумайте!

— Наш пацан… ну там… победил и все такое, но не до конца, так?

— Ага. А мой… ну, миссис Смайт, то есть… с проигравшей стороны. А теперь просто прикиньте…

Вернон Дурсль сидел с полминуты тихо, потом подскочил с воплем:

— Да мать их, уроды!

Тут он спохватился, обернулся на редких утренних посетителей и пояснил:

— Это я про футболистов, простите, дамы и господа. Не сдержался.

Он наклонился к Эйприл и зашептал:

— Это даже взрослому не переварить! А тут выходит… у нас — якобы родичи моей жены убили предков Кэвина, а там — все наоборот?

— Да. И еще им учиться вместе, если я правильно поняла ваш рассказ. И в обычной школе… и в той, колдовской. А кумушки с улицы живо расскажут, кто да что, да кому… Понимете? Мальчишки после такого и не заговорят, разве что в драку полезут… Зачем это нужно, что за цели такие… не представляю. Наверно, я и в самом деле всего лишь глупая девочка с фермы, которая просто любит детей, — грустно улыбнулась Эйприл.

Вернон снова подкрутил ус.

— С моим — выкусят, я им устрою, — сказал он. — Не люблю я колдунов, чужих детей тоже, но ради такого уж плюну на принципы и на расходы, потом взыщу сторицей. Но вы-то не сможете оставаться у миссис Смайт, пока… сколько там, Петуния говорила, детям одиннадцать должно исполниться?

— Я и не останусь, — сказала Эйприл. — Ну… вы же подвезете меня до Лондона, если что?

— Непременно, — кивнул он и набычился. — Ненавижу, ненавижу такие игры… Колдовство тоже ненавижу, но политиков — куда сильнее!

— Мистер Дурсль, — остановила его девушка, — племянник-то у вас, теперь поди отбери, а Кэвин, увы, собственность миссис Смайт. Понимаете?..

— Ага-а… А найдете, где…

— Конечно.

— Чемодан побольше возьмите, всего и дел, — фыркнул тот.

— Одолжите дрель, дырочки для воздуха просверлить, — не осталась в долгу Эйприл. Новая история будоражила ее. — Мне пора в библиотеку.

— А мне на службу. Вас захватить вечером?

— Не стоит, спасибо. Я поеду автобусом. Слухи нам не нужны.

* * *

К дому Эйприл подошла, когда все уже закончилось. В третий раз подняли из обморока миссис Донован, врач обработал ее руки ируки миссис Смайт противоожоговой мазью, Кэвин сидел под замком, но не плакал.

— Боже правый! — воскликнула девушка, похолодев. После услышанного от мистера Дурсля она ожидала самого худшего.