– Чтобы до этого дошло, прежде всего нужен телесный контакт, – язвит она, задетая за живое сегодняшним отказом мужа. – Я не опыляюсь ветром!

Она поворачивается и с гордо поднятой головой шагает по лестнице к своему компьютеру и Интернету, действительно единственному месту общения с внешним миром.

– Привет, девушки! – Марыся намеревается обсудить дело с семьей по скайпу. – Что там у вас?

«Как хорошо, что мы нашли друг друга, – думает она. – Без них я была бы страшно беспомощна и одинока».

– Паломничество?! – Дарья от ужаса орет во все горло. – Женщина! Тебя затопчут в этой дикой толпе! Раздавят! Спать будешь в палатке?! И это в Рамадан, без капли воды во рту?! Умрешь! – подытоживает она, театрально хватаясь за голову.

– Доченька, опомнись! – Дорота осторожно похлопывает девочку по плечу. – Живем не в средневековье, – добродушно смеется она. – Наверняка Хамид забронировал уже неплохой отель, правда?

– Еще бы! – Марыся кривит губы. – Ночь стоит тысячу пятьсот долларов в апартаментах площадью семьдесят квадратных метров с видом на Каабу.

– Вот видишь. – У матери глаза вылезают на лоб от мысли о таком транжирстве. – И с остальным так же будет.

– Но я никогда не была глубоко верующей и не придерживалась мусульманских законов, – признается Марыся. – Кроме того, я дочь христианки. Никто никогда меня не заставлял соблюдать законы ислама. Разумеется, я их знаю, это уж бабушка постаралась. Но Ливия не была и, пожалуй, впредь никогда не будет консервативной страной. Как Тунис и Египет.

– Я это очень хорошо помню. – Дорота улыбается, возвращаясь к воспоминаниям почти двадцатилетней давности. – Мы, польки, вообще ни о чем не беспокоились, загорали в бикини, а Баська щеголяла по центру города в белых леггинсах, куда она впихнула свою большую задницу! Хотя, с другой стороны, ваш отец был такой же ревнивый, как все арабские мужчины. – Она поджимает губы, вспомнив его деспотизм.

– Ты бы поехала в Мекку, мама? – хочет убедиться Марыся.

– Детка, а что здесь такого?! Бог один, а когда-то в порыве искренности Малика, твоя любимая ливийская эмансипированная женщина, рассказывала мне, что, может, даже общий для всех людей. Она прекрасно знала не только Коран, но и Библию. Бери с нее пример, Марыся. Открой сердце, потому что ни одна монотеистическая религия не несет зла.

Перелет из Эр-Рияда в Джидду проходит необычайно комфортно, потому что Хамид, разумеется, выкупил билеты бизнес-класса. Такое транжирство не имело бы ни малейшего смысла в Рамадан, если бы ловкий мужчина не заказал билеты на девять вечера. Блюда, которые подают стюардессы, как в самом лучшем отеле в столице. Копченый лосось с каперсами сменяется омаром, лангустом, тигровыми креветками и икрой. Горячее представляет собой французскую кухню, значит, ti-ti, но красиво поданные. Все пассажиры так проголодались, что даже приятно смотреть, с каким аппетитом они это великолепие поедают: могли бы смело рекламировать продукты на телевидении. После полуторачасового перелета все жалеют, что он длился так недолго. Марысю и Хамида ждет «лимузин».

– Разумеется, мы приглашены на ифтар, значит, в гостеприимном лагере поселимся немного позже, – сообщает счастливый Хамид.

– Но я сплю.