— Лейла, — позвал он, но девушка даже не шевельнулась.

Халил присел рядом с ней на корточки.

— Лейла, пора просыпаться.

Тишина. Халил аккуратно погладил ее по волосам.

— Дорогая, мы в Париже.

Лейла тихо вздохнула, но ее глаза так и не открылись. Секунду Халил смотрел на нее, а потом осторожно поднял на руки.

Голова Лейлы упала к нему на грудь, а ее рука машинально обняла его за шею. Халил не удержался и нежно поцеловал спящую девушку в лоб.

Уже через минуту он вынес ее на руках и понес подальше от воспоминаний об опасностях и приключениях в далекой восточной стране.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Солнечный свет, теплый и мягкий. Шелковое постельное белье, нежное и успокаивающее. Кровать, такая огромная, что в ней можно потеряться, и чарующий аромат кофе.

Лейла резко поднялась и сразу заметила, что на ней мужская рубашка. По длине рукавов девушка сообразила, что рубашка принадлежит Халилу.

Но почему она ничего не помнит? Все как в тумане. Самолет, ночное небо, подушка, мужские руки, которые куда-то несли ее… Неожиданно раздался стук. Лейла уставилась на дверь и натянула одеяло к подбородку. — Войдите!

В комнату заглянула полная женщина с подносом в руках.

— Доброе утро, мадмуазель, — прощебетала она по-французски. — Меня зовут Марианна. Вы хорошо спали?

— Марианна, — пробормотала Лейла. — Вы говорите по-английски?

— Нет, мадмуазель. К сожалению, я не знаю английский.

Прекрасно. Женщина не говорила по-английски, а Лейла не знала французского. Точнее, она знала лишь пару слов, которые помнила со школы.

— Не волнуйся, дорогая, я могу побыть твоим переводчиком.

В дверях стоял Халил и хитро улыбался. На нем были джинсы и футболка, а волосы блестели от воды. Очевидно, он только что вышел из душа. Но еще не побрился, и на его щеках виднелась щетина.

Очень сексуальная щетина…

А она сидела в кровати непричесанная и неумытая.

Жизнь несправедлива.

Но разве сейчас имело значение, как она выглядит?

Важно другое: где они находятся? Чья это кровать? И… и кто ее переодевал?

— Я по твоему лицу вижу, что у тебя есть вопросы, — улыбнулся Халил.

— Великое множество, — ответила Лейла как можно спокойнее.

Он кивнул и сказал что-то по-французски горничной. Итак, он владел как минимум тремя языками. И был чертовски красив. Ну и что? Это не давала ему право распоряжаться ей как куклой.

Марианна поставила поднос на стол: чашка кофе, круассаны, салфетки и маленькая вазочка с розой.

Да, это точно Париж, подумала про себя Лейла, и ее сердце радостно забилось.

Горничная сделала реверанс, как в старых фильмах, и с улыбкой вышла из комнаты.

— Хорошо. Теперь можешь задавать свои вопросы.

— Мы в Париже? — уточнила Лейла. — Да.

— Где именно?

Халил поднял правую бровь.

— Ты хорошо ориентируешься в городе, дорогая?

— А ты? Неужели так сложно просто ответить на вопрос?

— Мы находимся в здании постройки XVI века с видом на Сену. Тебе нужно название улицы или информации уже достаточно?

— Думаешь, это смешно, когда тебя перетаскивают с одного место на другое, как мешок с картошкой?

— Ты не выглядишь, как мешок с картошкой, — мягко ответил Халил. — Уверен, ты это сама прекрасно знаешь.

И хотя она все еще держала одеяло у подбородка, краска предательски залила ее лицо.

— Я знаю только то, что я не помню, как вышла из самолета.