Как известно, дорога начинается с насыпи. Если с булыжником, щебнем и гравием для балласта было всё понятно, то землю для насыпи брали с двух сторон трассы на расстоянии ста метров и ближе, выкапывая в глубину не более чем на два метра. Эту землю очищали от пней, сучьев и камней и только потом пускали в строительство.

Так вот — за одну обработанную кубическую сажень земли выплачивали три рубля восемьдесят копеек. Всего за время строительства, учитывая мелиорацию, было перелопачено семьдесят две тысячи кубических саженей земли, и была построена насыпь в среднем высотой под три метра, «дабы фундамент был всегда сух, и легче с нее сносило снег».

Естественно, ни о какой механизации труда при строительстве дороги в моём мире не могло быть и речи. В этой реальности существует магия, а у меня есть люди, владеющие Перлами, которые заменяют большинство строительной техники моего мира.

Само собой, любой труд будет вознаграждён, но количество землекопов можно существенно сократить вместе с фондом оплаты за земляные работы. Впрочем, высоту насыпи тоже можно уменьшить минимум вдвое — никому не нужна трёхметровая «китайская стена». Колея дороги, кстати, тоже будет не шесть футов, как в реальной истории, а пять. Если уж и вводить стандарт, так лучше это сразу делать.

Во-вторых, Император велел по возможности использовать при строительстве дороги русский металл, и я с ним полностью согласен. Англичане, когда созреют, пусть из своего железа у себя на острове «чугунки» строят, а наша дорога будет из нормальной стали. В Ревде и Бисерти на Демидовских железоделательных заводах уже опробованы прокатные станы, выпускающие отличные рельсы, профиль которых знаком моим современникам.

Как только получим «добро» на строительство, к выпуску рельс присоединятся два Шайтанских завода, расположенные в десяти верстах от Ревды, и владельцем которых с десятого года является московский купец Матвей Филатович Ярцев. Со слов тестя, купец только и ждёт отмашки, чтобы заняться прокатом рельс. Даже провёл модернизацию обоих заводов. Но об этом я и так знаю, потому что ветродувки и прокатные станы для своих заводов Ярцев заказывал у меня же.

Обо всём этом я размышлял пока ехал к своим родным на Фонтанку. Нужно было успокоить отца и в очередной раз сказать, что они с братом папы поступили правильно, полностью продав свои имения в Болдино. А ещё более мудро они сделали, вложив полученные деньги в акции моих компаний.

Ну не помещики Сергей и Василий Пушкины. Не помещики. Блистать на публике и кидать остроты они могут, а вот управлять хозяйством их никто не учил.

Одним словом — продали и забыли. Судя по тому, как успешно подходит к концу год, родственники дивидендов получат на порядок больше, чем они поимели бы с хозяйств в Болдино. И как бы цинично это не звучало — пусть у нового хозяина болит голова, когда отменят крепостное право.

Уже и не помню, когда вся семья Пушкиных собиралась за одним столом. И вот сегодняшним вечером это случилось. Даже Ольга приехала с женихом. Удивительно только, какими плюшками сестра умудрилась заманить своего Федю на посиделки с родителями.

Федей я величаю жениха Ольги — Фредерико Росси, племянника знаменитого архитектора. Сейчас Фёдор ведёт строительство сразу двух объектов, которые сам же и спроектировал. Один из них — будущее здание в Коломне для конторы какого-то купца Первой гильдии, а второй — доходный дом в Адмиралтейской части, где одна из квартир обещана нашим родителям. Основываясь на общении с сестрой, думаю, что к следующей осени родные справят новоселье.

— Как Николай? — первым делом спросила меня мама, не успел я сесть за стол. — Катя говорит — внук капризничает. Зубки режутся?

Удивительно. И как только люди раньше без связи жили, обходясь одними лишь письмами⁈ А сейчас попробуй, отмени связь через Перлы.