Не случилось…

Это с какой стороны посмотреть.

Я только что человека убил.

Правда, человеком Пестеля можно было считать только условно.

Дерьмо это было, а не человек.

Всё началось с первого нашего знакомства в Царском Селе. Тогда меня ещё удивило появление рядом с Великим Князем одного из основных и самых радикальных идеологов декабристов.

Я даже пробовал с Пестелем полемизировать, наивно полагая, что мои аргументы заставят изменить его точку зрения, и он станет соратником.

Но, нет. Для него существовало только два мнения — его и неправильное.

Постепенно я начал замечать в его речах идеи, которые в моей реальности он сформулировал в своей «Русской правде» — этаком то ли манифесте, то ли проекте конституции.

Не спорю, что-то в манифесте Пестеля заслуживало внимания. Однако большинство его людоедских предложений не только пугало, но и делала его persona non grata.

Взять, к примеру, свержение монархии — лозунг не новый и в чём-то справедливый.

Вот только Пестель предлагал вырезать под корень весь род Романовых, чтобы не осталось потомков, имеющих права крови претендовать когда-либо на царствование в России.

А как вам предложение заставить всех мусульман принять православие и подвергнуть их насильственной русификации?

А «усмирение» кавказских народностей с последующим их переселением вглубь Сибири ничего не напоминает?

А предполагаемая депортация двух миллионов евреев в Палестину, находящуюся в то время под управлением Османской Империи — это что?

Видя, что до будущего фашиствующего деспота окружающим, в том числе и Николаю Павловичу, нет дела, я пришёл к выводу, что пришло время второй ипостаси Арбитра.

В том же футболе Арбитр не только карточки показывает, но и имеет право выгнать с поля спортсмена. Вот и я решил вывести из игры Пестеля раньше, чем он начнёт толкать свои реакционные идеи в дворянские и офицерские массы. Для этого я на одном из собраний потихонечку начал подзуживать и подначивать подполковника.

Выглядело это следующим образом. Стоило Пестелю начать общаться с кем-то, как я присоединялся к беседе и вставлял несколько аргументированных возражений, ставящих под сомнение не только слова Павла Ивановича, но и его идеи.

Так повторялось несколько раз до тех пор, пока Пестель в присутствии Великого Князя не потерял самообладание и не швырнул в меня пустым бокалом, подправив его траекторию полёта воздушным Перлом.

Я, конечно, не ожидал, что подполковник, как баба начнёт швыряться посудой, но всё равно был на стороже. Как оказалось на зря, и мне очень пригодился вовремя активированный Перл Ловкости. А кто-то думал, что только моя жена ловкая и способна ходить по натянутому между столбами канату? Я тоже кое-что умею. Например, могу схватить летящую муху всего двумя пальцами. Что мне какой-то бокал.

— Милостивый государь, — поставил я пойманную посуду на стол, — Скажите адрес, по которому вас завтра сможет найти мой секундант.

Пестель побледнел, что-то промямлил и сбежал.

— Александр Сергеевич, — обратился ко мне подошедший Великий Князь. — Вы понимаете, что обозначает произошедшее?

— Конечно. Оскорбление действием, не допускающее перемирия и дающее мне право на выбор оружия. Я выбираю пистолеты, — под всеобщие одобрительные кивки окружающих ответил я Николаю Павловичу и, снизив тон, продолжил. — У меня к вам небольшая просьба — не могли бы вы посодействовать, чтобы дуэль прошла не в Российской Империи, а, к примеру, в Великом герцогстве Саксен-Веймар-Эйзенахском, где ваша сестра является правительницей?

— Я хоть и противник дуэлей, но готов вам оказать всяческое содействие, — заверил меня Великий Князь.