- Их поход в нижний город будет тяжелым, - ответил разведчик. - Расстояние до главной пещеры нижних этажей значительно, а лестница, разумеется, не может быть восстановлена. Ступени сломаны, перекрыты и охраняются. Так будет и впредь. Я ожидаю, что дворфы станут использовать магию, чтобы опуститься вниз. Но это даст нам возможность ударить по ним стрелами и магией.

- Значительной магией, - пообещал Тсэбрек, и Матрона Мать Зирит благодарно кивнула.

- Есть и другие способы попасть на нижние этажи, - напомнила ему жрица.

Хоштар кивнул.

- Все узкие. Их легко защитить.

- Оцени эту защиту.

- Моя Матрона Мать, - сказал Хоштар, поклонившись и выходя из комнаты.

- Они найдут путь сюда, - заметил Тсэбрек, оставаясь наедине с Зирит. - Не стоит недооценивать ловкость и упорство дворфов. Матрона Мать Ивоннель совершила эту ошибку  сотню лет назад, и заплатила за неё жизнью.

- Я понимаю опасность, - заверила его Зирит. Её голос звучал безжизненно и разбито.

- У тебя нет выбора, - сказал Тсэбрек.

- Ты говорил мне умолять Матрону Мать Бэнр.

Тсэбрек не потрудился ответить.

- Создай канал, - приказала Зирит, и Тсэбрек кивнул. Маг направился к своему бассейну для прорицаний.

Вскоре в спокойной воде появилось лицо Матроны Матери Бэнр, и Матрона Мать Зирит двинулась к изображению.

Джарлаксл и Киммуриэль проследовали за Громфом через весь город, направляясь в его башню в Сорцере. На всем пути Громф продолжал замечать разрушения, учиненные демонами, особенно его тронул один из эпизодов. Несколько тел дроу валялись вдоль боковой улицы, разорванные на части, с отсеченными конечностями, словно их терзали клешни глабрезу.

- Бреган Д’Эрт вскоре может получить приказ от матроны матери. Нужно расчистить улицы, - бросил Громф, когда они вошли в его личные покои. 

- От тел, или от разъяренных демонов? - спросил Джарлаксл, выглядя весьма уныло.

- От всего, полагаю, - заметил архимаг.

- Бреган Д’Эрт не… - собрался было запротестовать Киммуриэль.

- Бреган Д’Эрт будет тем, чем прикажет матрона мать, - прервал его Громф. - Разве мы уже не убедились в этом? - добавил он, глядя на Джарлаксла. - Может быть, стражами Дома До’Урден?

Уныние Джарлаксла не улетучилось.

Любопытное выражение появилось на лице Громфа. Казалось, архимаг чем-то удивлен. Он потянул руку к поясу, кладя её на рукоять меча Бэнров, который только что отнял у Доум’вилль.

- Это зовет меня, - заметил Громф, вынимая отлично отточенный клинок и держа его перед глазами.

- Ты теперь его новый владелец? - спросил Джарлаксл, который, конечно, был знаком с Кхазид’хи.

- Хммм, - размышлял Громф. - Может и я, - выражение его лица стало скептическим, а потом весьма позабавленным. - А может, и нет, если у меча есть другие предпочтения.

- Кхазид’хи не будет рад служить магу, - предположил Джарлаксл. - Меч жаждет крови.

- Не важно, чего хочет Кхазид’хи, - ответил Громф.

Архимаг вздрогнул, словно его ударила какая-то невидимая сила. Он поморщился, как будто кто-то щелкнул пальцами перед его носом, или проявил какой-то другой безвредный признак неуважения.

- Кажется, меч не согласен, - вставил Киммуриэль.

Джарлаксл посмотрел на псионика, замечая, что тот закрыл глаза. Он перехватывал телепатические протесты, которые клинок адресовал Громфу.

- Да ладно? - фыркнул Громф. Он явно общался с мечом, поднимая его выше перед своими сверкающими глазами. Архимаг изучил навершие, такое красивое, выполненное в форме свернувшегося и спящего пегаса.

- Нет, - сказал он, качая головой. - Этого не будет.

Громф прижал навершие ко лбу, закрыл глаза и поморщился.