Я плохо представлял себе, куда они выведут Разлом, где пройдёт наша финальная битва. И как мне удастся отыскать координаты этого Разлома. Вся надежда была на благоразумие Совета — если им под силу создать альтернативную ветку, значит, сумеют решить и эту простенькую задачу.

А пока — инспекция.

Спустившись в подвал и миновав Врата, я шагнул в многомерность. Пара секунд — и я внутри рабочего кабинета Бьёрг. Выбираюсь из переплетения фрактальных граней, осматриваюсь. Больше порядка, солидности. Новая мебель, красивая отделка. Похоже, мои наёмники решили пустить корни в Пустоши.

Северянка куда-то запропастилась, а в кресле за письменным столом обнаружился вполне конкретный инквизитор в сутане дознатчика. Чёрно-синий цвет, довольно высокая ступень посвящения.

Я поздоровался.

— Отец Ростислав! — инквизитор обернулся и посмотрел на меня с почтением. — Наслышан о вашем умении перемещаться в… иных пространствах. Отец Бхара, к вашим услугам.

— Рад знакомству, — я приблизился к дознатчику, и мы крепко пожали руки. — Вы из Тибета?

— Непал.

— Проверяете финансовую отчётность?

— О, с ней всё в порядке, — улыбнулся азиат. — Мы с госпожой Бьёрг сосредоточились на поставках провизии, топлива и боеприпасов для… вашей экспедиции.

— Приятно слышать, — обрадовался я. — Как скоро мы сможем выдвинуться, по вашему мнению?

— Сегодня-завтра прибывают последние партии, — ответил Бхара. — Насколько мне известно, члены вашего экипажа уже здесь. Им выделены места в жилой зоне кальдеры, но…

— Но? — я изогнул бровь.

— Капитан Ерофеев изъявил желание поселиться в своей каюте.

— На «Грозе Степей»?

Инквизитор кивнул.

Мне оставалось лишь хмыкнуть:

— Как это похоже на него. А остальные?

— Тоже перебираются. Понемногу.

Что ж, ребят можно понять. Засиделись без дела. Тянет к приключениям и дальним странствиям. Вам могут говорить что угодно, но экспедитор — это не про деньги. Или не только про деньги. На Мобильных Крепостях служат отчаянные авантюристы и свободолюбивые личности. Тем, кому на Земле тесно. Кто любит бескрайние степные просторы, вольный ветер и вкрученное в горизонт солнце.

— Не смею вас больше отвлекать, — сказал я. — Пойду… проведаю капитана Ерофеева.

Расставшись с дознатчиком, я переместился на борт «Грозы».

Прямиком на верхнюю палубу.

Несколько минут понаблюдал за тем, как трудолюбивые големы тащат в трюм нескончаемые ящики с провизией. Отметил грузный силуэт «Шторма», заставший неподалёку. С крупнокалиберным пулемётом в обвесе.

Эх, забытая атмосфера!

Перемещаюсь на капитанский мостик.

Глава 18

Кэп отставил чашку и в задумчивости побарабанил пальцами по столешнице. Чем больше я говорил, тем мрачнее становилось лицо собеседника.

— Значит, — сказал Ерофеев, — ты отправляешь нас всех на убой.

Мы сидели в его каюте, в нескольких метрах от мостика.

Все капитанские каюты одинаковы — они размещаются таким образом, чтобы главный человек Крепости мог в два шага переместиться из одного отсека в другой. Даже если спит, ест или моется в душе. Потому что ситуация в Пустоши меняется настолько быстро, что промедление равно смерти.

— Речь идёт об отложенной смерти, — хмыкнул я.

— В смысле? — не понял Кэп.

Я сделал глоток из своей чашки.