Из выложенного черным кристаллом колодца поднялся мерцающий рой синих и зеленых светлячков. Они слились в фигуру, олицетворяющую нечто живое, возможно змея, извивающегося кольцами, или колонию полипов. Или же она могла быть выражением математического объекта, фрактала, который беспрерывно рассыпался и обращался в самого себя.

— «Бастион»! — заговорил технодесантник Коргон. — Мы в состоянии войны!

— Кто враг? — спросил дух машины. Его синтезированный голос наполнил информационное ядро «Непоколебимого бастиона». Дух был известен своей резкостью и грубостью, постоянным недовольством по пустякам.

— Железные Воины, — ответил технодесантник. Серворука на ранце доспеха вставила инфозонд в разъем на кристаллической стене позади Коргона, введя данные, которые сенсориум получил о вражеском корабле. — «Железная злоба», флагман кузнеца войны Шон'ту. Менее получаса назад он вышел в реальное пространство в пределах нашей досягаемости.

— Псы, питающиеся отбросами! — выругался дух машины. — О, если бы у меня были руки, чтобы свернуть им шеи! Если бы были кишки, чтобы опорожниться на их трупы!

Именно по этой причине технодесантник Коргон предпочитал общаться с духом машины наедине. Он привык к его темпераменту, но то же самое нельзя было сказать про остальных Имперских Кулаков и слуг ордена, входящих в экипаж «Непоколебимого бастиона».

— Ты вторишь нашим собственным желаниям, — сказал Имперский Кулак. — «Железная злоба» принадлежит к классу гранд-крейсеров «Бичевание», это страшный враг. Мы просим, чтобы ты поделился своей мудростью для предстоящей битвы.

— Моей мудростью? — переспросил дух машины резко. — Против такого врага мудрость не нужна! Только ярость! Они погрязли в своей низости и представляют себе наши головы, насаженные на пики. Но я разорву корпус их корабля огнем моих лэнс-излучателей, а самих предателей превращу в замороженный туман. Мои сервиторы натянут их кишки на моих бойницах! Какие бы отвратительные данные не гноились в их системах, я полностью сотру их и выпотрошу этот корабль! Давным-давно «Железная злоба» открыла свой дух машины предателям и демонам! Я уничтожу то, что от него осталось. Тебе повезет, если останется хоть один Железный Воин, на котором ты сможешь попрактиковаться в стрельбе.

— Тогда я передам управление основным вооружением тебе, дух машины, — продолжил Коргон. — И оставлю оборонительные системы под командованием моего экипажа, чтобы ты мог сосредоточиться на враге. Я приказал им дать пристрелочные выстрелы…

— Тихо! — заревел дух машины. Фрактал света выровнялся и расширился, гололитический образ скользнул по бронированному телу технодесантника и вверх по кристаллическим стенам. — Я слышу их.

— Слышишь? Они все еще за пределами досягаемости сенсориума среднего радиуса действия. Мы едва улавливаем обычные сообщения.

— Они здесь, — сказал дух. — Я чувствую их. Ощущаю их грязь! Они наполняют радиоспектр своими нечистотами! Затапливают сеть данных кипящей гнилью! Технодесантник, это не физическая атака! Я… я блокирован!

Фрактал потемнел. В информационном ядре, напоминая фейерверки, сверкали пятна желтоватого света. Отросток фрактала ударился о край колодца, словно ослабевшая рука, удерживавшая от падения раненого бойца.

— «Бастион»! — с тревогой в голосе обратился к духу Коргон.