— Тогда понятно, почему ты до сих пор жив, — она чуть не рассмеялась, но Ариман в ответ лишь покачал головой и поднял черный шлем. Большинство людей взирали на космических десантников со смесью трепета и страха, но она не выказывала ничего подобного. Для созданий вроде Гзреля и его Терзания любое иное поведение было опасным. Она либо научится, либо умрет.

— Ты знаешь, почему он зовет меня? — спросил воин, направившись к открытому люку.

— Нас засек еще один корабль, — ответила она. Ариман чуть не остановился от удивления. Если корабль прибыл из варпа, он должен был ощутить психическую волну, которую тот гнал перед собой, прорываясь обратно в реальность. Но не было ни сигнала тревоги, ни дрожи «Дитя Титана», который открывал огонь. Когда корабли встречались в здешних регионах, исход всегда решался кровью.

Кармента прервала молчание, словно частично почувствовав его незаданные вопросы.

— Это военный корабль, — произнесла она.

«Наверное, Гзрель нервничает», — подумал он. Терзание все еще пыталось пробудить «Дитя Титана», несмотря на то, что пленило его бывшую госпожу, а «Кровавый полумесяц» скорее был вором-падальщиком, нежели воином. Гзрель не станет рисковать трофеем в бою, в котором может не победить.

— Корабль поприветствовал нас и сообщил, что отправит эмиссара для переговоров с вашим лордом, — продолжила Кармента.

— Они хотят просто поговорить с нами?

— Они сказали, что ищут что-то и готовы щедро вознаградить за помощь, — Аримана внезапно зазнобило, но он не знал, почему.

— Он вызвал нас обсудить разумность принятия эмиссара? — спросил он, перешагнув люк следом за Карментой. Она издала низкий звук, который мог бы сойти за смех.

— Нет. Твой лорд согласился. Эмиссар уже тут.

На мгновение Ариману почудился хохот, угасающий в сумраке отсека, прежде чем люк с лязгом захлопнулся.

III

Визит

Аримана уже ждали. Гзрель решил встретить эмиссара в высоком сводчатом зале на выступающей палубе мостика «Дитя Титана». Когда-то это мог быть форум или палата собраний, но Терзание превратило его в тронный зал. У стен горели свечи из топленого человеческого жира, растекаясь озерцами по черному каменному полу. Они давали шипящий дымный свет, воняющий горелым мясом. С потолка на крючьях и ржавых цепях свисали мертвецы: ссохшиеся трупы, с натянувшейся на скалящихся черепах кожей; отрубленные головы, покрытые запекшейся кровью и мухами; бледные туловища, чьи конечности и головы отсекли точными ударами. На палубе красовался вырубленный в камне символ чаши с клыкастым ободом. В дальнем конце зала возвышался трон. Он стоял на ступенях из черного железа, в прошлом командное кресло имперского военного корабля, но теперь все его системы демонтировали, а металлический каркас задрапировали кожей представителей десятка инопланетных существ. Их же черепа были сложены на помосте возле трона, письмена и таинственные узоры покрывали пожелтевшие от времени черепные коробки.

Ариман вошел через боковую дверь, и Гзрель когтистым пальцем указал на место у подножья трона. Лорд нервничал, и напряжение висело в воздухе, словно статика перед началом шторма.

— Входи и становись возле нас, Хоркос, — прорычал Гзрель, и его доспехи изрыгнули дымные клубы. Остальные уже были в сборе. Ксиатсис и Коттадарон стояли на ступеньку ниже Гзреля, по обе стороны от своего лорда. Рядом с троном также находилась пара чемпионов, которые сжимали в руках цепные клинки, направленные остриями вниз. Марот стоял подле Гзреля, ступенью ниже, чтобы можно было склоняться над массивным подлокотником трона и нашептывать на ухо своему лорду.