Нужно выиграть еще немного времени. Подумать только, на этом направлении я в одиночку сдерживаю целую толпу одаренных! Но сколько я еще смогу протянуть? Вражеские бойцы отошли от шока, их выпады в мою сторону становятся все более слаженными и продуманными, мне приходится больше защищаться, не остаётся времени на контратаки…

- Шеали, обходи слева и за Фостером! – среди сотни яростных выкриков, мой мозг умудрился вычленить этот приказ. Не знаю, кто его отдал, понятия не имею, кто такая Шеали, однако предельно ясно, что еще чуть-чуть и провалю взваленную на самого себя миссию. Если враг настигнет отца Тины, все мои труды на поле боя практически обесценятся.

- НЕ ПОЗВОЛЮ!!! - взревел я, чувствуя, как по телу разливается сила. Метаморфоза прошла мгновенно, словно по щелчку: руки и ноги вытянулись, выросли когти, я полностью покрылся шерстью. Щелчком хвоста разбив череп подкравшемуся ко мне сзади гному, я расправил крылья и взлетел.

- Да кто он, едрить его гриву?! - изумленно воскликнул другой гном.

Остальные сетовцы не успели высказаться. Зависнув метрах в двадцати над землей, я начал размахивать крыльями, сотрясая воздух. Хлопки, похожие на раскаты грома, должно быть, были слышны в радиусе километра.

Но не оглушительный звук важен, а маленькие черные иглы, бесчисленным дождем сыплющиеся на головы моих врагов. Каждый взмах крыльями порождал около пяти сотен игл, пробивающих энергетический доспех. Убить такие не убьют, но…

- А-а-а!!!

- Больно!!!

- Что б ты сдох, монстр!!!

Да, постоянная боль мешает концентрации, но ее можно блокировать с помощью праны. Однако едва враг это делал, как тут же получал новую порцию игл. Прана у сетовцев тратилась будь здоров. Но, помимо этого, из бесчисленных ранок лилась кровь, ослабляя моих противников еще и физически.

Правда, и сам я в данный момент выкладывался сверх меры.

Я изводил врагов черным дождем минут пять. По-хорошему стоит добить как можно больше народу. Но кое-кто и так помрет от кровопотери, не сумев закрыть раны праной, а остальные еще долго будут приходить в себя. У меня нет возможности тратить на них время – нужно помочь своим друзьям и уходить отсюда!

Убедившись, что никто из врагов не бросится сразу меня преследовать, я полетел в сторону дяди Гены. Он все ещё не смог оторваться от противника, хоть и отступил метров на сто.

Крокомот бился вместе с небольшим отрядом Дружинников и четырьмя Стражами. Я узнал каждого из этих Стражей. Ну еще бы! Гоблина-рукопашника в огненных доспехах ни с кем не спутаешь – я многим обязан Оглоблину Евгению Сергеевичу, отцу Риты, и, можно сказать, моему другу. Был рад увидеть я и некроманта Лукина, тоже моего дорогого товарища. С орком Нродонтом и человеком Эзелем (между прочим, чародеем) я раньше не имел возможности свести близкое знакомство, но тем не менее был очень рад видеть их обоих живыми, пусть и раненными.

- Это я! Илья! – грубым голосом демонической формы произнес я, зависнув над Крокомотом. – Отступаем к особняку!

Он сперва изумленно посмотрел на меня, а затем усмехнулся и кивнул.

- Понял! Тогда последний козырь!

Одно из колец дяди Гены заалело, и через миг на его громадных ладонях лежал большой расписной шар, чем-то напоминающий шкатулку. Сконцентрировав в шаре прану, Генрей хекнул и швырнул его в толпу врагов.

- Уходим! Живо!!! - во всю глотку проревел он.

Раздался взрыв, и вокруг сетовцев в мгновенье ока растянулся вязкий туман. Притом «вязкий» - это не красочный эпитет, а фактическое определение. Наши враги барахтались в молочном мареве, будто мухи в варенье.

- Своих не тронет, надолго не хватит, - быстро пояснил мне Генрей и, развернувшись, рванул в сторону своего дома, на ходу отменив действие Индивидуальной Способности и вернув себе человеческие ноги.

Я тоже решил отказаться от демонического облика.