Изменить размер шрифта - +
Он, скорее всего, левша, так как предполагаемое оружие было закреплено с правой стороны. «Стечкин» или «ПМ»?! Определить это в одно касание Водорезову было не по силам, однако он был твердо убежден, что это не автомат и не пистолет-пулемет... А может быть, это коробка конфет? Мало ли что можно таскать под курткой. Между тем послышался пронзительный звонок, точь-в-точь как в средней школе. Часы показывали пятнадцать тридцать, и это означало, что сейчас должен был начаться просмотр курсовых фильмов. Народ дружно потянулся в кинозал. Катю Терентьеву Николай не заметил. «Коллега» также двинулся к дверям просмотрового зала. Подполковнику не оставалось ничего другого, как последовать туда же. «Коллега» уселся в предпоследнем ряду, причем так, чтобы в случае открытия огня максимально контролировать пространство. И рядом с выходом, чтобы быстро и незаметно покинуть помещение. Стараясь не смотреть в его сторону, Водорезов сел рядом с высокой светловолосой девушкой. «Интересно, все-таки „стечкин“ или „ПМ“?» – размышлял в темпе Водорезов.

Между тем свет погас, и на экране возникло название первого фильма – «Общество спасения». Фильм был черно-белый, и это все, что Николай мог о нем сказать. Возможно, он был интересным и понравился бы Водорезову, но смотреть кино ему было сейчас недосуг. Незаметно для своих соседок он «ушел в землю». Точнее, в пол. Ползать по полу кинотеатра подполковнику уже один раз приходилось. Во время штурма Грозного. Тогда боевики засели в одном из бывших кинотеатров, и десантники серьезно схлестнулись с ними. Николаю так же пришлось ползти между креслами, чтобы подкрасться к оборудованной в партере пулеметной точке. Тогда ему это удалось. Сейчас, как и тогда, Водорезов двигался практически в полной темноте, интуитивно. Сзади него, по счастью, зрителей было немного, а звук кинофильма достаточно мощным. Его «коллега» по-прежнему сидел рядом с выходом. Николай остановился и затаил дыхание, когда уже мог во время вспышек со стороны экрана разглядеть тяжелые полуармейские ботинки «начинающего актера». «Стечкин», «ПМ» или коробка с конфетами? Сейчас узнаем. Водорезов сумел успешно переместиться к «коллеге» за спину. Некоторое время Николай медлил. Точнее, ждал – когда события на экране станут наиболее громкими и мало кто обратит внимание на то, что на предпоследнем ряду маленького студенческого кинозала проходит специальная операция по взятию языка. Экранного изображения Николай не мог видеть, а вот диалог «Общества спасения» слышал прекрасно:

– Вы никогда не хотели попробовать с мужчиной? – спрашивал девичий голос.

– Не знаю... – отвечал робкий мужской. – Я не находил никого подходящего.

– Вы думаете, выбирали бы вы? – насмешливо ответила девушка. – Выбирали бы вас!

События на экране нешуточно накалялись. Послышались другие, более громкие и настойчивые голоса, затем раздалась яростная музыка в модном балканско-бреговическом стиле. Молниеносным движением Николай вырос за спиной «коллеги» и ребром ладони рубанул его под сонную артерию.

 

 

– Да перестань ты трястись, – не очень вежливым, но спокойным тоном произнес хозяин. – Не сознается, и хрен с ним. Нужны свидетели, а его признание...

– Мы прессанем его, товарищ генерал! – по-армейски вытянулся Дэн.

– Твой приятель боксер уже, похоже, прессанул?

– Вам докладывали? Кто?

– Да никто, просто я его видел. Тихий стал какой-то. И кровоподтек над левой бровью... Ладно. Главное – в прессе этот Гриднев обозначен как убийца журналиста Романа Нечаева. – Генерал впервые усмехнулся и протянул Дэну свежий номер «Столичного комсомольца».

Быстрый переход