Стакан сигрида чуть не вернулся назад. Но, героическим усилием уняв спазм, участковый начальник не позволил сему свершиться. Да-а! Вчера он здорово нажимал на спиртное. От страха. Мэр ни с того ни с сего велел составить компанию за ужином в узком семейном кругу, и любезное приглашение могло окончиться чем угодно… оказалось, что ничего страшного, просто любимой прадочурке Арнишука захотелось попрыгать на чьем-нибудь брюхе, но поди знай заранее, что тебя позвали только потому, что ты самый толстый из гвардейцев!

Спустя некоторое время, впитавшись, убойный алкоголь разлился по телу благостным теплом и приятно взбодрил. Запах жуткий, вкус божественный – ну и сочетаньице!.. Вот теперь можно и за работу. Начальник спрятал графинчик, связался с дежурным и приказал привести арестованных.

Преступники, как и было указано в рапорте, вели себя нагло и вызывающе, хотя агрессивных телодвижений и не производили. Они сидели, развалясь на стульях, и демонстративно делали вид, что находятся не в кабинете высокопоставленного чиновника мэрии, а в салоне красоты. Начальник улыбнулся сравнению. Да, красоты, можно и так сказать. Есть у нас свои собственные косметологи. Добросовестные, профессиональные работники, с уникальными инструментами и богатым опытом работы по живым людям. Вон бригадир Ширкакуак, например. Высококлассный специалист. На месте устоять не может от усердия, так и рвется пообщаться накоротке с теми, кого арестовал!

Отрядный Ербишвок поднялся из-за стола и пристально вгляделся в земов, будто мог прочитать их мысли. Монстры вызывающе не отреагировали. Они сидели, прикованные к стульям, и таращились куда угодно, только не на него. На зарешеченное окно, сквозь которое виднелись зеленые облака на красном атласе неба. На стенной антикварный шкаф ручной работы с резными узорчатыми накладками из человечьей кости. На портрет Мэра, восседавшего в седле кротнега со шкурой цвета ночи, устланного расшитой золотом попоной. На каменные стены, покрытые разводами съедобной плесени, с лениво ползающими по ним крюшами. На приплясывающего от нетерпения бригадира… Скалили при этом свои отвратительно белые зубы и чувствовали себя превосходно.

Какие злобные и уродливые твари, ужас какой!

Ербишвок снова уселся в кресло. Из пазух стола он извлек толстую папку, печать и старое, затупившееся стило. Для себя же отметил, что из жестяной шкатулки в нижней левой пазухе необходимо убрать деньги. Ничего не поделаешь. Приходится подрабатывать добрым волшебником и выполнять кое-чьи желания, раз городище и его вождь по достоинству не ценят ревностные труды верных служащих. Чудеса, конечно, не бесплатные. Бесплатно ничего не бывает. Даже крюши просто так не размножаются.

Допрос начался с зевания, почесывания языка и размышлений на тему: в какой комбинации положить ногу на ногу, чтобы удобнее подпереть отвисающий живот (при трех нижних конечностях это десять возможных вариантов, тут есть над чем крепко поразмыслить!).

– Что ж это вы так? – задал он вопрос первый, для разминки. – Вроде бы культурными разумными существами официально числитесь, а безобразничаете. Избили полицейского. А что дальше? Я же не поверю, что вы только за этим сюда прилетели. Что вы здесь собирались делать?

– Да мы вообще так, проездом. То здесь, то там, – уклончиво ответила девчонка. Юлит, правду скрывает, понял начальник. Коварная, как и положено земам любого пола.

– Без определенного места жительства, значит, – определил он. – А что означает аренда гравилета? Впервые вижу бродяг, совершающих туристические вояжи в летающем такси.