До обеда Хрящ играл в карты с телохранителями — на щелчки. Проигрывал он редко, но и проиграв, не подставлял свой царственный лоб. В этом случае телохранители тянули жребий и тот, кому не повезло, получал щелчки вместо Хряща.

К обеду беспризорники начинали по одному возвращаться «с работы». Несли все, что удавалось стащить или выпросить за день. Добыча целиком поступала в распоряжение Хряща, и он делил её, но не поровну, а как ему вздумается. Никто не имел права съесть до прихода «домой» ни кусочка. За это не только лишали порции на несколько дней вперёд, но и били без всякой жалости. Обмануть Хряща было невозможно. Посмотрит — и горе тому, кто утаил или съел хотя бы селёдочный хвост.

В тот день первым вернулся «с работы» Конопатый — любимчик Хряща. Конопатый не голодал даже тогда, когда несколько дней подряд приходил пустой. Царёк всегда выдавал ему порцию из общего котла.

Конопатый притащил с собой рулон какой-то бумаги и развернул перед Хрящом. Это была сорванная с забора цирковая афиша. Большой слон держал в хоботе флаг с надписью: «Цирк шапито. Слон и другие всемирно-известные аттракционы. Спешите! Спешите! Спешите!»

— Вот это верблюдище! — сказал один из телохранителей.

— Это слон! — поправил его Хрящ.

— Всемирно-известный! — добавил Конопатый.

— Откуда знаешь? — спросил царёк.

— Написано.

— Где? — Хрящ поводил глазами по афише, хотя не знал ни одной буквы. — Не вижу!

— Не видишь? — хитренько переспросил Конопатый. — Пожа! — Он вытащил из-за пазухи бинокль и повторил: — Пожа!.. Глаз — как шило! Сказал — наколол!

— За это получишь добавку! — объявил Хрящ, приставил бинокль к глазам, посмотрел на афишу и подтвердил: — Теперь вижу… Надо будет сходить… Разведай про цирк!

— Могу.

Наверху просвистел караульный — два раза. Это означало, что идут не свои, но и особой опасности нету.

— Кого несёт? — удивился Хрящ и спрятал бинокль.

Мальчишки замолчали, выжидательно поглядывая на заваленный кирпичами вход в бывшую котельную. Послышались шаги, уверенные, хозяйские, и в подвал вошли Трясогузка и Мика.

— Хрящу — наше с кисточкой! — поприветствовал царька командир. — И Конопатый тут?.. Здорово, Конопатый!

Трясогузка чувствовал себя как дома.

— Слушай, Хрящ! Опять к тебе… Без тебя, знаешь, — туго!

Ну, чего, чего? — спросил польщённый царёк.

— Привёл своего человека! — Трясогузка показал на Мику. — Ты уж его не обижай и работать не заставляй — воровать он не умеет.

— На что такой нужен? — произнёс Хрящ. — Второй Малявка! Лишний рот!

— Мы за него пай вложим! — пообещал Трясогузка. — За нами не пропадёт! Сам знаешь!.. Поладили?.. Не обижай — наш человек!

— Отчаливай! — согласился Хрящ. — Не обидим.

Трясогузка протянул Мике руку.

— Держись… Мы часто заходить будем.

— Эй! — крикнул Хрящ, когда Трясогузка уже пошёл к выходу. — Лови!

Блеснув стёклами, полетел бинокль. Трясогузка поймал его, вернулся и похлопал Конопатого по плечу.