Рита переоделась в свое бомбическое темно-синее платье, которое надевала на прием у повелителя в Голубую ночь. Из-за разрезов с обеих сторон, которые делали ее ноги просто бес-ко-неч-ны-ми, оно было больше похоже на набедренную повязку. Топ на бретельках обнажал подтянутый живот, обуви на ней не было по какой-то там традиции ее народа, и это тоже выглядело чертовски сексуально.

Единственным элементом, который выбивался из ее традиционного образа, был синий шелковый платок, усыпанный звездами, который Шелли вплела ей в волосы. Только когда они оказались рядом, я понял их задумку с нарядами.

Шелли была восходящим солнцем, рассветом, ее золотая, мерцающая маска подчеркивала изумрудно-зеленые глаза, они будто и правда лучились теплым светом

И если феникс была ярким восходом, то Рита, наоборот, олицетворяла глубокую, загадочную ночь. Серебристая маска вокруг голубых глаз оттеняла и подчеркивала их красоту и таинственность.

— Эй! Такое нельзя придумать за полчаса, вы уже давно знали, в чем пойдете, просто решили поиздеваться надо мной с этими примерками! — шутливо обвинил их, грозно смерив взглядом обеих. Они лишь обезоруживающе улыбнулись, даже спорить и оправдываться не стали. У меня сердце несколько ударов пропустило, такими красивыми они были.

— О, Рита, кажется, мы доигрались, — рассмеялась Шелли, спрятавшись за спину кошки.

— Так и знала, что как только он увидит нас вместе, сразу все поймет, — улыбнулась Рита. Я подошел к ним, и она прицепила к моему поясу для оружия небольшой рог для поиска демонов-вестников, которую завез мне Байрон в прошлый визит. Эта маленькая штучка носила громкое, пафосное название «Глас Истребителя». — Наш Макс слишком умен, чтобы играть с ним в такие игры.

— Итак, если ты День, а ты ночь, то кем же быть мне? — спросил, обнимая их обеих.

— Мы все продумали, ты — сумерки, которые находятся между ними и крепко держат их в своих руках, — сказала Шелли.

— Рита? — голос Грэга прервал молчание, установившееся в комнате. — Ты можешь научить меня так рисовать?

Мы все рассмеялись.

После того, как мы все наконец собрались, облачились в одежду, подходящую для общения с представителями высшего общества, и нанесли боевой раскрас, нам оставалось только сесть в карету, доехать до дворцовой площади и пройти в главную боевую арену, где и был организован аукцион. Это мы и сделали.

— Мы позаботимся о вашем экипаже, Ашер Медведев. Дамы, — лакей в черной маске с перьями, похожий на ласку, поклонился девушкам и помог им выбраться из кареты. Нас принимали, как членов королевской семьи, прислуживали на каждом шагу и низко кланялись.

Однако кое-что омрачило этот прием. Чем ближе мы подходили к залу, тем больше Рита замедляла шаг. В конце концов она совсем остановилась, ее рука безвольно выскользнула из моей.

— Рита? — ее состояние меня очень беспокоило.

Она не отреагировала, продолжила стоять и смотреть на зал, прижав острые ушки к макушке. Мы с Шелли отвели ее в сторону, чтобы не мешать непрерывному потоку знати проходить в помещение.

— Дорогая? — Шелли положила ладонь на побледневшую щеку кошки.

— Мне очень жаль, — Рита, вроде, вышла из своего кратковременного транса, но выглядела все такой же удрученной. — Честно говоря у меня остались не самые приятные воспоминания об этом месте. Я была здесь всего два раза, в первый — меня подавали на аукционе, во второй — мы могли потерять нашего любимого мужа. Постараюсь выбросить это из головы.

Я обнял ее и прижал к себе.

— Мы не обязаны делать это, котенок, — напомнил ей. — Мы не должны спасать Энджи только потому, что этого больше никто не сделает. Она сама довела ситуацию до такой критической точки своими поступками и отношением к людям.