Пилот не был лихачом и заходил на посадку очень осторожно. Завис на безопасной высоте над утесами, не менее трех минут изучал площадку, где еще недавно стоял взорвавшийся самолет и только потом начал медленно снижаться, умело балансируя в воздушных потоках. Но вот полозья мягко коснулись каменистого фунта, лопасти винта замедлили вращение и наконец остановились.

И сразу наступила необыкновенная тишина. Ветер окончательно стих, и горные склоны погрузились в безмолвие. После короткой паузы массивная дверь кабины распахнулась, и из чрева вертолета один за другим выпрыгнули шестеро мужчин в черных комбинезонах, с ног до головы обвешанные оружием и боеприпасами, которых с лихвой хватило бы для успешного вторжения в какое-нибудь карликовое государство.

– Удивительно подходящее снаряжение для спасательной партии! – одобрительно цокнул языком Джиордино.

Не обращая внимания на ехидные комментарии спутника, Ганн набрал вашингтонский номер адмирала и, как только Сэндекер ответил, кратко доложил:

– К нам прибыли вооруженные до зубов гости на черном вертолете без опознавательных знаков.

– Ну и денек! – тяжело вздохнул директор НУМА. – Только тем и занят сегодня, что выручаю из беды всяких придурков. Сначала Питт вляпался, а теперь еще и вы в передрягу угодили. – За язвительным тоном адмирала таилась нешуточная тревога, которую ему так и не удалось скрыть. – Вот что, Руди, скажи мне, как долго вы сможете играть с ними в прятки?

– Минут двадцать, от силы тридцать.

– Ракетоносный фрегат ВМФ США полным ходом движется к острову св. Павла. Как только вертолет противника окажется в пределах досягаемости, я попрошу капитана разнести его в клочья.

– И когда же наступит сей долгожданный момент, сэр? – вежливо поинтересовался Ганн.

После тяжелой, продолжительной паузы адмирал неохотно выдавил:

– Часа через два. Может, даже немного раньше.

– Я уверен, сэр, что вы сделали все от вас зависящее, и мы оба очень вам благодарны, – заверил Ганн; он прекрасно понимал, что адмирал хоть и крепкий орешек, но сейчас даже его скорлупа могла дать трещину. – Вы только не волнуйтесь, сэр. Можете не сомневаться, в понедельник мы с Алом непременно заявимся в свои кабинеты и приступим к выполнению служебных обязанностей.

– Не явитесь – уволю! – мрачно пошутил Сэндекер.

– До свидания, сэр.

– До свидания, Руди. Храни вас Бог. И передай Алу, что с меня сигара.

– Передам.

– Сколько? – спросил Джиордино, догадавшись по лицу напарника, что ожидать следует худшего.

– Два часа.

– Паршиво, – хмыкнул итальянец. – Кто б еще объяснил, откуда эти мерзавцы узнали, где мы находимся?

– Вопрос на миллион долларов. Всего пятерым из следственной группы точно известно, где пассажиры “Мадраса” нашли черный череп.

– Начинаю подозревать, что на содержании Четвертой империи кроме армии наемных убийц находится еще и армия осведомителей, – со злостью буркнул Джиордино.

Поисковая партия разделилась. Трое вооруженных людей разошлись на пятьдесят ярдов друг от друга и стали прочесывать склон горы поперек. Остальные трое двинулись в противоположном направлении. Не вызывало сомнений, что подобная тактика рано или поздно приведет их ко входу в туннель.

– Ну, часок-то они провозятся, – пробормотал Ганн. – Да и старую дорогу не так просто разглядеть под зарослями капусты.

– А пять минут не хочешь? – проворчал Джиордино, кивком указывая на поднявшийся в воздух вертолет.