Закинув сумку на заднее сиденье, Питт уселся рядом с Лорен, склонился к ней и с нежностью приник к ее губам. Когда же он наконец разжал объятия, та судорожно перевела дыхание:

– Эй, поаккуратнее, любовничек, меня судьба Клинтона как-то не привлекает!

– А она тебе и не грозит, – парировал Питт. – Публика даже приветствует романы женщин-политиков.

– Это тебе так только кажется, – сказала Лорен, перебрасывая рычаг зажигания на рулевой колонке и нажимая кнопку стартера. Двигатель завелся с полуоборота и чуть слышно заурчал. – Куда прикажешь отвезти, в твой ангар?

– Да нет, мне бы надо заскочить в НУМА хоть на минутку, глянуть, что пришло по электронной почте на мой компьютер, и узнать, как обстоят дела у Хайрема Йегера по той проблеме, над которой мы сейчас работаем.

– Слушай, да ты просто уникум! Наверное, ты единственный человек во всей стране, у кого нет дома персонального компа.

– А я и не хочу, чтобы он там был, – вполне серьезно ответил Питт. – У меня слишком много работы, чтобы тратить свободное время на странствия по Интернету и ответы на дурацкие запросы.

Лорен отъехала от тротуара и направила “форд” на широкую автостраду, ведущую к городу. Питт сидел молча, весь во власти каких-то своих мыслей, когда впереди показался памятник Вашингтону, подсвеченный снизу прожекторами. Лорен достаточно хорошо знала Дирка, чтобы не мешать ему уноситься в эмпиреи. Через несколько минут он все равно возвращался на землю.

– Что нового в Конгрессе? – вышел он наконец из состояния задумчивости.

– А тебе не все равно? – отмахнулась она.

– Так скучно?

– Дебаты по бюджету – штука тоскливая и крайне нудная. – Тут Лорен понизила голос: – Я слышала, Руди Ганн серьезно ранен?

– Серьезно, но один хирург в ЮАР, большой специалист по восстановлению костей, отлично с ним поработал. С полгодика Руди, конечно, похромает, но руководить проектами НУМА вполне сможет, даже сидя за столом.

– Ал вскользь упоминал, что тебе тоже здорово досталось в Антарктике.

– Куда меньше, чем им с Руди на островке, по сравнению с которым Алькатрас покажется ботаническим садом. – В голове у него внезапно возникла идея. Он повернулся к Лорен и спросил: – Ты ведь, кажется, входишь в Комитет по международным торговым отношениям?

– Есть такое дело.

– А знаешь какие-нибудь крупные международные корпорации в Аргентине?

– Ну, так сразу не припомнишь. Летала я туда пару раз, встречалась с их министром финансов и министром торговли, но исключительно на официальном уровне. А что именно тебя интересует?

– Никогда не слышала об организации с названием типа “Новый удел Инкорпорейтед” или “Четвертая империя Лимитед”?

Лорен надолго задумалась:

– Однажды меня познакомили с директором-распорядителем “Дестини Энтерпрайзес Лимитед” – мы тогда прибыли в Буэнос-Айрес с торговой миссией. “Дестини” переводится как “судьба”, “предназначение”, “удел”, не так ли? Если не ошибаюсь, его звали Карл Вольф.

– И давно это было? – быстро спросил Питт.

– Года четыре назад.

– Хорошая у тебя память на имена.

– Карл Вольф – мужчина красивый, стильный, с потрясающим обаянием. Таких мужиков женщины не забывают.

– Какого же черта ты тогда продолжаешь водиться со мной?

Она взглянула на него с поддразнивающей улыбкой:

– А еще женщин тянет к мужчинам приземленным, грубым и хищным.

– Грубый и хищный – это точно про меня!

Питт обнял ее за плечи и слегка прикусил зубами мочку уха.