Изменить размер шрифта - +
С этого момента до выброски все общение бойцов между собой и офицеров с бойцами штурмовой группы ограничивалось жестикуляцией, что являлось стандартной процедурой. Использовать голосовую связь разрешалось только Клири, Шарпсбергу, Джейкобсу, Гарнету и первому пилоту Стаффорду. После прыжка и раскрытия парашютов связь осуществляется посредством индивидуальных раций, работающих на защищенных частотах. Клири поднес к губам свой радиоаппарат:

– Первый, говорит Волшебник. Как меня слышите?

– Слышу вас, майор, – донесся сквозь слабый треск атмосферных помех голос Стаффорда из пилотской кабины. – Готовы?

– Инструктаж и предвыбросная проверка завершены. Переходим на дыхание из кислородных аппаратов.

Клири присел на свободное откидное сиденье и в который раз окинул взглядом свою команду. Пока что все идет хорошо – даже, пожалуй, слишком хорошо. Как раз тот случай, когда вступает в действие закон подлости. Но и он, майор спецназа, тоже не лыком шит и ни за что не позволит пресловутому мистеру Мерфисорвать порученное ему важнейшее задание. Благо, никто не паникует, все люди собранны, внимательны и настроены на дело.

Лица и головы десантников под серыми парашютными шлемами облегали плотные шерстяные маски-капюшоны с прорезями для глаз и рта, служащие дополнительной защитой от запредельного холода высот. Шлемы были снабжены специальными очками производства фирмы “Адидас” с желтыми противотуманными стеклами. Но очкам еще придет черед сослужить свою службу, а пока они покоились на налобниках шлемов, позволяя майору Клири и другим офицерам следить за глазами подчиненых и контролировать появление первичных признаков кислородного опьянения. Включив по команде нагреватели в термокостюмах, бойцы приступили к следующему этапу подготовки: каждый внимательно осмотрел экипировку соседа, проверяя, должным ли образом размещено и закреплено все наружное снаряжение. Комбинезоны десантников опутывала продуманная система эластичных шнуров и лямок, предназначение которой заключалось в том, чтобы при прыжке и во время свободного падения одежду не сорвало мощными встречными воздушными потоками.

Лично проверив на передачу и прием все индивидуальные рации и убедившись в их исправности, Клири снова подошел к закрытому люку и повернулся лицом к своей команде. Взгляды всех присутствующих скрестились на подтянутой фигуре майора; лица бойцов и офицеров выражали предельное внимание и готовность к немедленным действиям. Клири повернулся к ближайшему слева спецназовцу и подал условный сигнал “Приготовиться”, резко выбросив вверх оба больших пальца.

Капитан Стаффорд, сидя в кресле пилота, в очередной раз проверял проложенный компьютером курс к заданной цели. Его главной заботой сейчас было выбросить людей именно туда, где у них будут максимальные шансы уцелеть. А главной головной болью – не отклониться от курса и не выбросить их десятью секундами раньше или пятью секундами позже. На скорости четыреста миль в час даже самая незначительная ошибка с его стороны могла привести к катастрофическим последствиям: если десантная группа рассеется на слишком большой площади или окажется слишком далеко от цели, это неизбежно приведет к срыву задания и возможной гибели от обморожения большей части штурмового отряда. Отключив автопилот, капитан передал штурвал Брэннону, чтобы самому ни на что больше не отвлекаться. Щелкнув интеркомом, Стаффорд сквозь кислородную маску строгим голосом напомнил второму пилоту:

– Будь повнимательней. Отклонение всего на градус может им очень дорого обойтись.

– До цели я их доброшу, – самоуверенно ухмыльнулся Брэннон. – А вот на цель должны сбросить их вы, сэр.

– Ты не веришь в навигационные способности своего командира? Ай-яй-яй!

– Тысяча извинений, мой капитан.

– Вот так-то лучше, – назидательным тоном произнес Стаффорд и соединился через интерком с грузовым отсеком.

Быстрый переход