«А Оксана поняла, как надо вести себя преданной офицерской жене, — машинально подумал Кудасов. — Наверное, начинает привыкать…»

— Как здорово! — обрадовалась Оксана. — Я так соскучилась по родителям, по городу! Давай завтра с утра пораньше и выедем!

— Дорогая, дай мне хоть один раз выспаться по-человечески! — возразил Александр. — Я еле держусь на ногах и хочу часов пятнадцать поспать в нормальной мягкой постели, без тряски и лязга колёс!

— Хорошо, Сашенька, давай поедем завтра вечером! А сегодня ты думаешь заниматься чем-нибудь кроме сна? — Оксана многозначительно улыбнулась.

— Не знаю. Я тебе сказал: еле ноги волочу…

В последнее время Оксана раздражала его всё чаще и чаще. Сейчас это произошло в очередной раз, и хорошее настроение вмиг испортилось.

— К тому же вечером выезжать за четыреста километров просто глупо! — грубо произнёс он. — Если всё будет нормально, поедем послезавтра утром!

Оксана обиженно замолчала. Александр ощутил угрызения совести. Быстрая смена настроения — это ненормально. Психологический срыв есть проявление синдрома усталости. Значит, он вымещает нервные перегрузки на жене! Это неправильно…

«Ладно, придём домой — попытаюсь загладить свою грубость», — подумал он. Но сил для заглаживания не хватило, и, добравшись до постели, он сразу заснул, ещё успев подумать, что слухи про импотенцию ракетчиков начинают оправдываться.

Александр проспал двенадцать часов и спал бы ещё, но его разбудила Оксана.

— Только что звонил Маслов, тебя срочно вызывают в штаб! — недовольно сказала она. — Ты же только приехал, у тебя законный отдых! Как мне всё это надоело…

— Ну и сказала бы это все Маслову! — буркнул Александр. — Ко мне-то у тебя какие претензии? Я бы с удовольствием проспал до вечера!

Кроме самого Булатова, там собралось все начальство: специально прибывший из Тиходонска подполковник Кандалин, майор Маслов, подполковник Кравинский… Они сидели во главе стола для совещаний со строгими и значительными лицами, словно члены военного трибунала, готовые огласить суровый приговор.

Членов первого экипажа посадили на противоположный конец стола.

— Вначале хочу объявить приказ по личному составу, — поздоровавшись, начал Булатов. — За высокие показатели в службе и достигнутые успехи в служебно-боевой подготовке стажёр Кудасов назначен старшим оператором смены запуска…

Командиры удивлённо переглянулись. Не такое уж это событие, чтобы собирать руководящий состав БЖРК!

— Я на него представления не подписывал! — резко сказал Белов. — К тому же назначение старшим оператором, минуя должность оператора, это нарушение…

— Я знаю, кто подписал представление! — перебил его командир части. — Майор Маслов сделал это! И на какую должность кого назначать, знаю тоже я! Так же, как кого и когда освобождать от должности!

Намёк был достаточно прозрачным. Белов замолчал. Булатов продолжал смотреть на него в упор, до тех пор, пока полковник не опустил голову.

— Но я…

Булатов взглянул на Кандалина и поправился:

— Но мы собрали вас не для объявления этого приказа. Точнее, не только для объявления этого приказа…

Собравшиеся насторожились. Дело шло к главному.

— Решением высшего командования нашему комплексу приказано произвести учебно-боевой пуск с использованием ракеты, оснащённой ядерной боеголовкой!

— Настоящей?! — изумлённо выдохнул Ефимов.