Многие друзья Аун Сана отдавали все свое время народно-революционной партии, а та уже разрабатывала планы прихода к власти при японцах. Уверенность в том, что война между Англией и Японией скоро наступит, охватила понемногу всю Бирму. Вопрос стоял только о том, когда эта война начнется и на чью сторону встать в ней.

Однако в целом партия «Добама», коммунисты Бирмы и сам Аун Сан еще противостояли прояпонскому потоку. План Аун Сана, который он с некоторой иронией называл впоследствии своим «Великим планом», заключался в том, чтобы в случае войны бороться за независимость собственными силами, «массовыми действиями», как писал он. Когда начнется война, надо организовывать массовые забастовки, вести боевую пропаганду, начать партизанскую войну. Если японские войска приблизятся к Бирме, надо будет воспользоваться развалом колониальной администрации для перехода на сторону народа колониальных войск. Если японские войска вторгнутся в Бирму, можно будет начать с ними переговоры, а в случае несогласия Японии признать независимую Бирму, начать борьбу с Японией и отразить вторжение.

Этот план обсуждался в руководстве такинов, но так как реальных оснований считать, что война вот-вот начнется, еще не было, его пока отложили.

Пока шла война с гитлеровской Германией, с фашизмом, решено было на компромиссы с фашистами не идти, а продолжать борьбу на два фронта.

У Пу — послушный англичанам новый премьер, ежедневно подписывал все новые приказы об аресте такинов, членов партии «Синьета», НРП — в общем всех партий «Блока свободы».

В течение сорокового года большинство коммунистов и лидеров такинов оказались в тюрьмах. Особенно свирепствовала полиция в арестах коммунистов: Арестован был и доктор Ба Mo.

И тут к власти в Бирме неожиданно прорвался фашист У Со. Случилось это так. Во время одной из очередных свар в парламенте колонии правительству У Пу был поставлен на голосование вотум недоверия. Вдруг во время дебатов по этому весьма обычному в политической грызне парламента вопросу один из министров У Пу, уже известный нам У Со, внезапно вышел из правительства и этим нарушил равновесие сил. У Со присоединился к оппозиции, и У Пу пришлось уйти в отставку — вотум недоверия прошел большинством голосов.

Английский губернатор в тот же вечер вызвал У Со к себе и предложил сформировать правительство. Тот согласился, роздал министерские портфели представителям всех парламентских групп — в парламенте не было ни коммунистов, ни такинов, и правительство было готово.

Тут же с У Со, который последнее время подозрительно много часов проводил в обществе японских гостей и печатал в своей газете статьи, восхваляющие «великую» Японию, произошла удивительная метаморфоза. Он стал англоманом. И настолько преданным, что даже видавшие виды англичане удивились.

Теперь уж стали арестовывать не только такинов, но и всех, кто когда-либо позволил себе нажить недруга в лице У Со. Правда, армию свою он распустил за ненадобностью — теперь у него в распоряжении оказалась бирманская полиция.

Дошла очередь и до Аун Сана. В июне он выступал на митинге в деревне Даунджи, и на этом собрании была вынесена резолюция о немедленной свободе для Бирмы. Не первая, конечно, и не последняя резолюция подобного рода, вынесенная по предложению Аун Сана, но так как его все равно надо было арестовать, собрание в Даунджи подходило для выдачи ордера на арест так же хорошо, как и любое другое.