— Ее привлекать нельзя, — сказала Масако. — Если что-то случится, она выдаст нас всех.

— Конечно! — простонал Дзюмондзи. — Я это знаю не хуже вас! Потому и звоню вам. Давайте сделаем, а потом возьмем передышку.

— Ну ладно, — сдалась наконец Масако. — Вы можете раздобыть защитные очки?

Как только решение было принято, она сразу перешла на деловой тон. Дзюмондзи облегченно вздохнул.

— Захвачу свои, в которых езжу на мотоцикле. Думаю, они вас устроят.

— Если что-то изменится, позвоните.

Удовлетворенный успешно проведенными переговорами, Дзюмондзи опустил телефон в карман и посмотрел на часы. Времени до встречи в парке Коганеи оставалось предостаточно — вполне достаточно, чтобы найти красотку взамен сбежавшей. С такими перспективами ему ничего не стоит заплатить столько, сколько понадобится. Он окинул взглядом запруженную гуляющими улицу, забыв обо всех сомнениях и колебаниях Масако.

В четыре часа утра, как и было условлено, Дзюмондзи подъехал к заднему входу в парк Коганеи. С одной стороны улицы темнела высокая «живая» стена, вдоль другой растянулись молчаливые, сонные дома с плотно закрытыми ставнями. Уличное освещение здесь отсутствовало, и весь погруженный в темноту квартал казался обезлюдевшим. Дзюмондзи повернулся спиной к чернеющим за оградой деревьям, стараясь не прислушиваться к загадочным шорохам, раздражающему шелесту сухих листьев и жутковатым вздохам ветра. Он вдруг вспомнил, что где-то здесь, неподалеку, Кунико оставляла мешки с кусками тела. Неприятное совпадение.

Было холодно. Поежившись, Дзюмондзи потянулся к пуговицам, чтобы застегнуть пальто, и обнаружил их полное отсутствие. Чертовка!  Ей было за двадцать, но это выяснилось слишком поздно, уже после того, как Дзюмондзи, выйдя из ванной, увидел, как она шарит по его карманам. В последовавшей короткой схватке больше всего пострадало именно пальто. Надо же, какое невезение! Впрочем, он тут же одернул себя — грех жаловаться на удачу, когда судьба вдруг отвалила тебе три миллиона. Едва мысли вошли в позитивное русло, как справа послышалось урчание мотора, а вслед за этим из темноты выплыли два желтых круга.

Первым из черного седана вышел, приветственно вскинув руку, Сога. Несмотря на то что была ночь, он щеголял в кашемировом пальто верблюжьего цвета, наброшенном на черный костюм. За рулем седана сидел парень с крашеными волосами; второй вылез из машины вслед за боссом. Сога кивнул приятелю и зевнул.

— Извини, что вытащил так рано, — сказал Дзюмондзи.

— Захотелось взглянуть на этого типа.

Сога поднял воротник пальто и засунул руки в карманы.

— И его маленькую проблему, — добавил Дзюмондзи.

— Не такая уж она, должно быть, маленькая, если он готов выложить за ее решение десять миллионов.

— Наверное, ты прав.

— Повезешь на этой?

Сога кивнул в сторону машины приятеля.

— А на чем же еще?

Сога скривился. В первый раз тело и деньги привезли водитель и еще один парень, а Сога лишь руководил всем по телефону. То, что он заработал два миллиона, сделав несколько звонков, представлялось Дзюмондзи не вполне справедливым.

— Такая уж работа, — сказал он.

— Ты молодец.

Сога похлопал приятеля по плечу. В это мгновение на противоположном конце улицы появился второй автомобиль, яркие фары которого напоминали глаза вышедшего на охоту хищника.

— Вот и он, — сказал Сога и, потушив сигарету о перила, протянул окурок стоящему рядом верзиле.

— И что мне с этим делать? — поинтересовался тот.

— Нельзя оставлять улики, придурок, — буркнул Сога.