И монолиты. Теперь, после уничтожения целой группы, задача стала ещё тяжелее. Что такого встретила другая команда, что провалилась? И если их было больше, то справимся ли мы в таком количестве оставшихся в живых?

Я направился к группе, собравшейся у выхода со склада.

Когда подошёл, несколько эльфов и орков, а также Макс и один парень из его команды, как бы невзначай отступили в сторону. Их взгляды были настороженными, а движения — резкими. Будто они ожидали, что я сейчас сорвусь и разорву их в клочья. Эльфы переглянулись, а орки сжали кулаки, их лица напряглись.

Макс стоял чуть впереди, но глаза бегали, он так и не поднял на меня взгляд. Я усмехнулся и шагнул к нему, резко дёрнувшись в его сторону.

— БУ! — сказал я, глядя ему в глаза.

Макс вздрогнул, его лицо побледнело ещё сильнее, а глаза расширились. Он нахмурился, но его пальцы сжались в кулаки, выдавая напряжение.

Я услышал, как Костя в стороне злорадно хохотнул, а его плечи затряслись от смеха. Лиандра, стоявшая неподалёку, украдкой усмехнулась. Я заметил это краем глаза, благодаря «Периферийному чутью».

— Выступаем! — рявкнул Ксавир, его голос разрезал шум. Он стоял впереди, его фигура излучала холодную решимость, а стальные глаза пробежали по толпе, будто выискивая слабаков.

Я посмотрел на оставшихся героев. Усталые, потрёпанные, но… заматеревшие. Нет, слабаков тут пепельный генерал не найдёт.

Это было видно по их взглядам — жёстким, сосредоточенным. По тому, как они держались, будто каждый уже пережил свой личный ад и стал сильнее.

С Ксавиром во главе, с его ледяной уверенностью и силой, мы обязаны были преуспеть.

Мы двинулись за пепельным генералом, выходя из склада к разрушенному городу. Небо над Тулом было мутным. Запах гари и гнили бил в ноздри, но я уже привык. Улицы тянулись перед нами, усеянные обломками машин, а где-то вдалеке слышался низкий гул, будто сама планета стонала под гнётом демонической скверны.

Мы шли молча, только скрип ботинок по асфальту и редкие шорохи нарушали тишину.

Я заметил, как Костя шёл чуть в стороне, его лицо было мрачным, а глаза горели злостью. Он то и дело бросал взгляды на Макса, который держался подальше, его плечи были напряжены, а взгляд метался по сторонам. Между ними чувствовалось напряжение, готовое вот-вот взорваться.

Вдруг Ксавир остановился, подняв руку. Мы замерли.

— Приближаемся, — сказал он холодно. — Готовьтесь.

* * *

Я стоял на изрытом поле, где земля была вспахана, словно после метеоритного дождя.

В центре, наполовину утопленный в почву, возвышался чёрный монолит.

Воздух дрожал от демонической энергии, пропитанный запахом гари, крови и гнили, от которого першило в горле.

Схватка в самом разгаре — лязг металла, рёв демонов, хриплые крики героев сливались в какофонию, от которой кровь стучала в висках.

Десять героев Авалона уже пали, их тела разбросало по полю — кто-то разорван когтями, кто-то обезглавлен демонами Е ранга.

Ксавир находился в эпицентре боя, как воплощение войны. Его бледное лицо оставалось неподвижным. Тёмный плащ развевался, будто живой, растворяясь в воздухе.

Генерал двигался с нечеловеческой коростью, каждый шаг был точен, каждое движение — выверено. Два изогнутых клинка в его руках пели, рассекая воздух.

Демон F ранга бросился на меня, взмахнув когтями. Я уклонился «Рывком», моё тело размазалось в движении, и лезвие клинка вонзилось в грудь твари, разрывая её надвое. Другой демон попытался зайти сбоку, его пасть раскрылась, обнажив острые клыки. Я крутанулся, и размозжил голову твари одним движением — тело рухнуло, дёргаясь в агонии. Но далось мне это тяжело.

Убит Слуга Валтора. 10ур. — F. Получено 50 ОА.