— Не подходите, — сказал я. — Не знаю, что там, но оно вроде не дёргается.

Мы обошли яму по широкой дуге, стараясь не дышать.

Через час пути наткнулись на следы боя. Это была узкая улица, зажатая между двумя рухнувшими многоэтажками. На асфальте лежали трупы G-шек — тварей всех возможных видов. Их тела были разрублены или обуглены, а вокруг растекались лужи чёрной крови, ещё не засохшей, с жирным блеском. В воздухе всё ещё висела гниль взорванного тухлопуза. Лена присела у одной лужи, коснувшись её пальцами, её лицо стало сосредоточенным.

— Недавно совсем, — сказала она, вытирая руку о штаны.

Я осмотрелся, заметил следы сапог, ведущие дальше, и отпечатки когтей — демоны пытались преследовать, но их добили.

— Значит, догоняем, — сказал я, стиснув рукоять меча.

Юки присел у одного отродья, его меч коснулся разрубленной лапы.

— Работа рыжего, — сказал он тихо. — Его клинки. И, возможно, Рика — вон там, следы копья.

Мы двинулись дальше, держась ближе к развалинам, чтобы не стать мишенью. Небо всё темнело, тучи сгущались, и ветер принёс запах дождя, смешанный с гнилью. Мы прошли ещё одну улицу, заваленную обломками, и наткнулись на новую особь.

Это была крыса, но крупнее, чем первые, с шипами на спине и пастью, полной игл. Она выскочила из канализационного люка, её когти царапнули асфальт, но топор орка не дал ей и шанса. Тварь дёрнулась и затихла.

— Похоже, скверна всё ближе, — заметила Катя.

Мы шли слишком долго, пробираясь через руины, обходя ямы и завалы. Счёт времени сбился.

Команда держалась вместе, никто не жаловался, хотя я видел, как Лена то и дело оглядывается, как будто ждёт засады.

Её было можно понять — непривычная тишина огромного города резко контрастировала с предыдущими днями на планете Тул. Создавалось ощущение, что угроза поджидает за каждым поворотом.

Каждый из нас знал, что мы идём малой группой, и, если наткнёмся на демона Е ранга — вряд ли уйдём живыми.

Но Ауриэль двигалась легко, улыбалась и не переживала. Впрочем, особой тревоги в глазах команды я не видел — скорее сосредоточенность.

Наконец, мы вышли на холм, поросший мёртвой травой. С него открывался вид на заброшенный завод, раскинувшийся внизу.

Ржавые трубы с зазубренными краями торчали в небо.

Двор был завален обломками: старыми контейнерами и покорёженными листами металла. В центре горел костёр, его пламя трещало, отбрасывая длинные тени на стены склада. Вокруг костра сидели знакомые фигуры: потрёпанные, но живые. Я узнал Милену, её мечи лежали рядом, и Макса, который размахивал руками, споря о чём-то с Лиандрой. Дэвид, как всегда, держался особняком, сидя на ящике.

— Нашли, — выдохнула Олеся, её лицо осветилось улыбкой, впервые за весь путь.

Я почувствовал, как напряжение спало.

Мы спустились с холма, хрустя гравием и обходя ржавые куски арматуры, торчащие из земли. Лиандра заметила нас первой, её глаза сузились, но уголки губ дрогнули в едва заметной улыбке. Она шагнула навстречу, её сапоги скрипнули по металлу, а хвост качнулся, как у кошки, готовой к прыжку.

— Живые, значит, — бросила она, остановившись в паре метров. Её голос был резким, но в нём чувствовалась искренность. — Особенно ты, — ткнула она в меня пальцем, — стойкий парень, раз не отдал концы.

— Не дождёшься, — хмыкнул я и посмотрел ей в глаза. — Спасибо, за ту пилюлю.

Она фыркнула и чуть склонила голову вбок, её уши дёрнулись, но взгляд смягчился.

— Не за что. Ты прикрыл меня, я вернула долг.

Команда за моей спиной расслабилась, я слышал, как Димон что-то шепчет Кате, а та шипит в ответ. Юки молчал, но его взгляд скользнул по Лиандре, как будто оценивая её состояние.