Я взглянул на гиганта. Его ветви дрожали, а янтарные глаза потускнели. Остальные выжившие криспы начали медленно двигаться к центру поляны. Их движения стали плавными — они окружили тела погибших, не разделяя их на «своих» и «чужих».

— Это не буря. Это наша скорбь, — громко ответил Альверин. — Мы оплакиваем павших.

— Что они делают? — к нам подошла Катя, её голос чуть дрожал.

— Похоже, хоронят? — неуверенно ответил я, не отрывая взгляд от криспов.

Альверин поднял свои ветви к небу, и его кора начала слабо светиться мягким зелёным светом. Остальные древа последовали его примеру, и вскоре вся поляна озарилась этим сиянием. Земля под ногами задрожала, и я почувствовал, как что-то тянет меня вниз.

Из земли начали расти тонкие корни, похожие на нити. Они мягко обвивали тела погибших и укутывали их в кокон. Эти корни пульсировали и словно перекачивали энергию. Я заметил, как из расколотых стволов культистов начала сочиться чёрная кровь, но корни впитывали её и… Очищали. Превращали в слабое золотистое свечение.

— Это… невероятно, — прошептала Лена. Её глаза блестели от слёз, но взгляд она не отводила. — Они возвращают их в землю, очищают.

— Не просто очищают. — тихо заметил Юки. — Они возвращают их сущность в цикл жизни. Может это и не похороны, а возрождение?

Я кивнул, чувствуя, как внутри что-то сжимается. Зрелище пробирало до глубины души. Возможно ли, что потом павшие криспы возродятся в новой жизни этой планеты? Корни, укутавшие тела, начали медленно уходить под землю, утягивая разбитые стволы за собой. На месте каждого павшего криспа появился маленький росток — едва ли заметный, но сияющий тем же зелёным светом. Лена невольно взяла меня за руку, а я не убирал — не собирался нарушать этот ритуал.

Теперь небо не казалось таким уж зловещим, хоть и оставалось чёрным. Скорее торжественно покрыло землю и укрыло этот священный момент.

Когда последний росток пробился из земли, Альверин опустил ветви. Его глубокий и мелодичный голос разнёсся над поляной:

— Пройдут сотни лет, но они вернутся. Их сущность станет частью леса. Мы созидаем даже в смерти.

Криспы замерли, их ветви склонились и свет на их коре погас.

— Чёрт, это было… — Димон замялся, подбирая слова. — Не знаю, как сказать. Промолчу. Нет, это было круто!

— Это было красиво, дуралей, — добавила Олеся, вытирая слёзы. — И очень грустно!

Я же молчал, всё ещё переваривая увиденное. Что-то в этом ритуале зацепило. Может быть мысль о том, что даже после смерти есть шанс оставить след? Стать частью чего-то большего? На Земле такого точно не увидишь — там всё заканчивалось могилой и забвением. Как же хорошо, что я подписал контракт.

— Наверное, поэтому эта планета так важна Крагнору, он же бог хаоса, — спокойно сказал я. — А криспы истинное воплощение порядка и созидания.

— Да. И у них большие проблемы, — добавил Юки.

— Что-то подсказывает мне, что наш «командир» ошибся и мы не так просто оказались на выжженной равнине, — буркнул Димон, приобнимая расстроенную Олесю.

Глава 12

Ночь опустилась быстро и нам пришлось разбить лагерь на краю поляны. Подальше от ростков, чтобы не тревожить криспов, благо поляна была огромная. Крагг и таурены занялись костром и ломали сухие ветки. Гоблины и ящеры устроились чуть поодаль и о чём-то перешёптывались.

Молчаливая и грациозная эльфийка сидела в стороне.

Я присел у костра, но тут мой желудок предательски заурчал, и моя ошибка стала чересчур очевидной. А ведь еды-то мы с собой не взяли. Первая миссия прошла так быстро, что и представить не мог, что можно так надолго застрять.