«Как только она увидит первую каплю крови, тут же упадет без чувств, а мне придется расхлебывать эту кашу», – подумал Монти.

Но он вынужден был примириться с неизбежным. Айрис уже была с ним неразлучна, и ему ничего другого не оставалось, как только позаботиться, чтобы с ней ничего не случилось. И в то же время необходимо было подумать и о коровах. Рандольф не представлял пока, как сумеет справиться с тем и с другим делом. Но и Айрис, и Джордж рассчитывали на него. Проклятье! Да он и сам рассчитывал на себя.

Зачем он только захотел поехать в Вайоминг?! Не успел еще добраться до этого проклятого места, как жизнь начала уже выкидывать глупые шуточки. Если бы удача не отвернулась от него, то он смог бы найти вдовушку с восмью или девятью детьми… И возил бы их в фургоне Айрис!

Итак, они продолжали двигаться вперед. На закате возникла необычная перспектива – провести ночь рядом с Айрис.

– Неплохое местечко для привала, – заметил юноша, показывая на берег реки, обрамленный дубами и ясенями.

– Я пока в состоянии ехать дальше, – упрямо заявила Айрис.

– Нет, не можешь. Ты провела сегодня в седле времени больше, чем за всю свою жизнь.

– Не так много, как ты говоришь, но больше, чем я привыкла.

– И лошади, кроме того, устали.

– Верно. Нужно подумать о них, – согласилась девушка, раздумывая, что же в конце концов побудило Монти остановиться: она или лошади?

– Если не думать о них, можно погибнуть.

Айрис ничего не ответила. Она не хотела убедиться в том, что Рандольф считает лошадей важнее.

У девушки был еще один повод для тревоги: она не была уверена, что сможет спрыгнуть из седла без посторонней помощи. Нижняя часть тела, казалось, была парализована.

– Тебе это определенно не понравится, – сказал Монти, когда дорогу к реке преградили переплетенные ветви лозы. Юноша с трудом отыскал небольшой проход. – Ты к такому не привыкла.

– Я не привыкла ни к чему, что случилось со мной после Рождества, – ответила Айрис, медленно последовав за ним по ковру из густой листвы.

– Слезай. Я собираюсь отвести лошадей на водопой. Айрис не шелохнулась.

– Я же сказал…

– Я не могу – ноги не шевелятся.

Монти удивленно посмотрел на девушку, потом рассмеялся.

– Только не смей говорить, что мне следовало бы остаться на ранчо, – добавила она. – Или ехать поездом.

– Давай, я помогу тебе.

– Нет. Я сама! – Но как Айрис ни старалась, ноги отказывались повиноваться ей.

– Ну как, упрямства поубавилось?

– Думаю, да. Либо я принимаю твою помощь, либо ночую в седле.

– Твоей лошади последнее явно не понравится.

– Мне тоже. Я говорю это для того, если тебя интересует, что мне нравится.

– Умный мужчина всегда интересуется…

– Но ты никогда не был умным, Монти Рандольф. По крайней мере в том, что касается меня… А теперь дай руку и не пытайся убедить меня в том, что ты хотел бы, чтобы я находилась в тысяче миль отсюда.

– Если я скажу тебе, что думаю…

– Не нужно. После того, что ты наговорил мне в последние несколько дней, боюсь, что у меня не хватит сил слушать. – Айрис засмеялась. – Жаль, что рядом нет Синтии Вильбурфорс. Ей бы понравилось. Она всегда завидовала мне. И не раз говорила, что я слишком самоуверенная и чрезмерно надеюсь на свою внешность. И как-то даже заявила, что готова отдать тысячу долларов, чтобы увидеть человека, который поставит меня на место.