– С заданием справился, как всегда, на отлично! По-другому у него и быть не может. Как выяснилось, фрицы там для видимости копались. Охрану выставили, окопы да блиндажи рыли. В действительности ничего там нет. Пустышка! Окопы неглубокие, в блиндаж не спрячешься. Зато в десяти километрах севернее от этой точки немцы минометные позиции организовали. Подразумевалось, что мы во время наступления эти окопы займем, а там ведь не спрячешься, и они нас минометным огнем накроют.

– Хитро! Пусть отдыхает, а вы потом растолкуйте задачу, которую ему предстоит взвалить на свои плечи. Пусть прочувствует.

– По-другому он и не может, товарищ генерал-лейтенант.

Глава 6

16 июля 1944 года. Витебск. Операция «Гренадер»

Двое суток Кристиана Хофера никто не допрашивал. В какой-то момент ему даже показалось, что о нем просто позабыли. Но уже ближе к обеду его вывели из камеры и повели знакомой дорогой по разбитому городу в сторону штаба.

В маленьком помещении на первом этаже двухэтажного здания находились уже знакомый генерал-майор со строгим лицом и круглолицый переводчик с полными щеками, явно тяготившийся и военной формой, и военными обязанностями. С первого взгляда в нем угадывался сугубо штатский человек – преподавал где-то в университете в окружении милейших дам, и мужское грубоватое общество его явно обременяло. У противоположной стены за небольшим столом затаилась стенографистка лет двадцати в звании старшего сержанта. С ручкой в руках она готовилась записывать допрос.

Русский генерал расположился около окна за широким столом (видно, доставшимся ему от какого-то немецкого начальства) и занимался вполне банальным делом – узким перочинным ножиком подправлял затупившийся карандаш. Увидев вошедших, генерал-майор указал на стул, стоявший по другую сторону от стола, и, когда Кристиан присел, заговорил:

– Наш разговор не закончен. У меня есть ощущение, что вы нам не все рассказали.

– Я вам все сказал, что знал, – возразил фельдфебель.

– Дело в том, что в сорок восьмом пехотном полку лейтенанта Брауберга не существует. Вы мне можете объяснить, почему вы солгали?

Глубокая складка прорезала середину лба Кристиана: «Немудрено, так должно было произойти. Это еще раз доказывает, что русские не принимают слова на веру, а тщательно все проверяют. Всегда приятно иметь дело с профессионалами».

– Вы правы, я действительно не фельдфебель Хофер, – на хорошем русском языке произнес пленный. Меня действительно зовут Кристиан, но настоящая моя фамилия – Шварценберг, я – майор военной разведки.

– Примерно так я и предполагал, – слегка кивнул начальник управления контрразведки фронта генерал-майор Ханников.

– Мне бы хотелось встретиться с вашим руководством. У меня есть для них нечто серьезное, что их может заинтересовать.

– А моя персона, стало быть, недостаточно компетентна для содержательного разговора? – сдержанно хмыкнул генерал-майор.

– Я должен быть уверен, что мои слова будут расценены правильно и попадут к высшему командованию.

– Что же это у вас за тайна такая, что о ней не должен знать начальник управления контрразведки фронта?

– Это не моя тайна. Я получил инструкции и следую им.

– Я не могу вам предложить кого-то более ответственного, пока не удостоверюсь в том, что тема действительно заслуживает высочайшего рассмотрения… Если сейчас наш разговор не состоится, я отправлю вас в фильтрационный лагерь, где вами займутся более обстоятельно.

– Хорошо, я вам расскажу, – после минутной паузы произнес перебежчик. – Операцию, в которой я принимаю участие, разрабатывал и проводил полковник Георг Хансен, он же после ликвидации абвера и смещения адмирала Канариса был назначен начальником Военного управления РСХА.