Айдар Адихановичч как-то невзначай пояснил, что это коммерческие дела, связанные с земляками из Казахской ССР. Друзья, родственники, сам понимаешь. Да и кто сейчас не пытается заниматься коммерцией, в стране перестройка, новая экономическая политика. Все пытались торговать, делать деньги.

Так-то оно так, только Петрович приметил, что с вечера пятницы и до понедельника, пока не вывезут основную часть товара, в подвале дежурила уже пара охранников. Причём охранники были вооружены пистолетами, которые от Петровича не особо и скрывали. Это уже выходило за привычные рамки, и делишки здесь творились явно незаконные.

Но какое дело до этого работяге Петровичу, его это возня, вроде как не интересовала. У него и своих дел по гостиничному хозяйству, было невпроворот.

Тем более что в отличие от самого Петровича, подчинённые ему работяги пить в меру не умели. И поэтому ему самому частенько приходилось выполнять их работу. Но Петрович не жаловался.

Вот по какой причине, когда постоялец гостиницы, Василий Семёнович обратился к дежурной по поводу неисправности в туалете, Петрович собрал инструменты, и сам явился на вызов.

Поздоровавшись с постояльцем, Петрович прошёл в туалетную комнату. А Василий Семёнович закрыл дверь в номер и зачем-то запер её на ключ.

Петрович привычно открыл крышку бачка. Хмыкнул, глядя на развороченные внутренности. Привычно потеребил ус и споро принялся за работу. Дело спорилось в умелых руках, и буквально через пять минут неисправность была исправлена, и вода весело зажурчала в фаянсовом бачке.

Петрович установил крышку бачка на место, вымыл руки и тщательно протёр их тряпкой. Он добросовестно выполнил свою работу, и теперь наступала самая приятная часть процесса. Обычно после подобной ситуации в квартире, счастливые хозяева благодарили мастера, рассыпаясь в благодарностях.

Работяга-сантехник, как правило, шутил, мол: «Спасибо — это много. Три рубля будет в самый раз». После чего хозяева смущённо совали сантехнику трёшницу.

А бывало, что и наливали сто грамм беленькой. Причём, что примечательно, сами же таким образом спаивали нестойкий рабочий класс, а потом сами же жаловались на вечно пьяных сантехников.

Так что Петрович вправе был рассчитывать на привычное завершение процесса в духе добрых русских традиций.

И поначалу всё выглядела так, как будто постоялец не обманет его ожидания.

Но по факту всё получилось совсем иначе.

Василий Семёнович полез в свой кожаный портфель и выудил оттуда…!

Не трёшницу и не бутылку беленькой. А какие-то бумаги. Которые и разложил на столе.

Вот ведь, сука! Неужто и вправду шпион, и в бумагах секретные секреты с засекреченного завода?

Однако Петрович не возмутился и не удивился, а деловито склонился над бумагами.

Разложенные на столе листы, оказались выкопировками планов первого этажа гостиницы и подвальных помещений.

Петрович поколдовал над чертежами и принялся делать пометки, вынутым из кармана рабочей спецовки карандашом.

— Значит, смотри, Толя. Обычно товар поступает в пятницу вечером и складируется в этой части подвала. В основном анаша и гашиш.

За выходные основную часть товара вывозят небольшими партиями и отправляют дальше по цепочке. В промежутках между основными поставками, постоянно на складе находится от ста до двухсот килограммов товара, это, скорее всего, внутригородской и областной трафик.

В следующую пятницу, вечером прибывает очень крупная партия товара. Судя по информации от агентов в Казахстане, партия действительно крупная, около двух тонн.

План у нас такой…

* * *

Как и ожидалось, в следующую пятницу вечером прибыли три списанных армейских грузовика ГАЗ-66 с тентованными кузовами. Машины подкатили с закрытой дворовой части здания к служебному входу.

Гружёны машины были типичными коммерческими товарами, которые везли из Казахской ССР.