|
Бывший английский премьер Черчилль после солидной рюмки армянского коньяка в Фултоне в Америке призвал западные страны к борьбе с СССР. От Германии отделили Кёнигсберггэбит и передали её СССР. Те её назвали Калининградской областью, немцев оттуда выселяют и все дома заселяют русскими. Говорят, чтобы прусский милитаризм в Германии не мог возродиться. В 1947 году Индия получила полную независимость от Британии. Генеральная Ассамблея ООН приняла план раздела Палестины на еврейское и арабское государства.
– Еврейское государство в Палестине? – чуть не закричал Мюллер. – Да, еврейское. В 1948 году евреи официально провозгласили создание этого государства и назвали его Израилем, – продолжил Мацке. – Так, что ещё было в 1948 году? Ага, была первая арабо-израильская война, в ходе которой израильтяне отбили у арабов морской порт Хайфа. И ещё ООН ратифицировала «Конвенцию о предупреждении преступления геноцида и наказании за него». А вот в 1949 году из зон оккупации Англии, США и Франции создали Федеративную Республику Германию, а из советской зоны оккупации создали Германскую Демократическую Республику. В этом же году образовался коммунистический Китай. Советский Союз испытал свою ядерную бомбу. США, Великобритания, Франция, Канада создали блок НАТО для борьбы с СССР. – Значит, дело Гитлера по борьбе с СССР не умерло? – несколько оживлённо спросил Мюллер. – Не умерло, живёт, и ещё долго будет жить, – сказал удовлетворённо Мацке – Вот, пожалуй, и всё, если не упомянуть подписание сепаратного Сан-Францисского договора о мире между Японией и рядом государств во главе с США и Великобританией в обход России. Так что, наш фюрер может спать спокойно, его дело находится в надёжных руках. – Кто к нам нормально относится? – спросил Мюллер. – Да почти все, группенфюрер, – ответил Мацке, – только сами немцы провели денацификацию и все фашистские проявления пресекают с такой жёсткостью, что и гестапо фору дадут в некоторых вопросах. – Вот как? – задумчиво произнёс Мюллер. – Немецкий народ против… – Вот так, группенфюрер, – как эхо отозвался Мацке, – не заслужили немцы таких руководителей. – Спасибо, Пауль, просветил, – сказал Мюллер. – Пойдёмте коллега Казен, проводите меня на улицу, что-то стало душно. Я встал, взял Мюллера под руку и вывел на улицу. – Что скажете, коллега? – спросил меня Мюллер. – Я это предполагал, и кое-что уже знал, бригадефюрер, – сказал я. – Знали и ничего не сказали? – возмутился шеф. – А вы бы мне поверили, если бы я что-то вам рассказал такое? – спросил я. – Пожалуй, не поверил бы, а приказал вас арестовать, – со вздохом произнёс Мюллер. – Что будем делать? – Если вам достаточно информации, то пора возвращаться домой, – сказал я. – Как мы это будем делать? – спросил шеф. – Очень просто, на счёт три вы щиплете за руку меня, а я вас, – сказал я и начал счёт.
Глава 23
Мюллер очнулся первым и толкнул меня в плечо. – Что-то я задремал, – сказал он, – смотрю, и вы тоже задремали. |
