Стивен поднял локон с ее груди и потер между пальцами.

— Вы не ошиблись, сэр Томас? — тихо спросил он. — Это и есть лэрд клана Макэрронов?

Бронуин отступила.

— У меня и язык, и мозги еще при себе, прошу заметить. И незачем говорить обо мне так, словно меня здесь нет! Да, я Макэррон из рода Макэрронов. И поклялась ненавидеть всех англичан, особенно тех, кто смеет появляться передо мной в обличье немытой свиньи и на четыре дня позже назначенного времени! Сэр Томас, прошу меня извинить, но я сильно устала и хотела бы удалиться к себе, если вы можете удовлетворить столь дерзкую просьбу бедной пленницы.

Сэр Томас нахмурился:

— Теперь твой хозяин — Стивен Монтгомери.

Бронуин развернулась, резанула Стивена уничтожающим взглядом и без разрешения покинула комнату.

— Боюсь, ей не хватает хороших манер, — вздохнул сэр Томас. — Этим шотландцам стоило бы держать своих женщин в руках. Но несмотря на острый язык… ты по-прежнему считаешь ее уродливой?

Стивен мог только смотреть в ту сторону, куда удалилась Бронуин. Перед глазами по-прежнему стояла она: тело, существующее только в мечтах, черные волосы и сапфировые глаза. Подбородок чуть выдавался, так что он умирал от желания поцеловать ее. А груди! Полные, упругие, натянувшие мокрую ткань… узкая талия, округлые бедра, дерзкие, искушающие, так и зовущие лечь с ней в постель.

— Стивен!

Стивен почти свалился на стул.

— Если бы я хотя бы подозревал… — прошептал он, — хотя бы представил, примчался бы сюда сразу же, как только король Генрих пообещал ее мне.

— Значит, тебе она понравилась?

Он провел рукой по глазам.

— По-моему, я сплю и вижу сон. Ни одна женщина на свете не может сравниться с ней красотой! Вы, должно быть, дурачите меня. Надеюсь, в день свадьбы ее место не займет другая, настоящая Бронуин Макэррон?

— Заверяю тебя, она самая что ни на есть настоящая. Почему, как ты думаешь, я держу ее под такой строгой охраной? Мои люди готовы в любую секунду схватиться из-за нее, словно псы за течную суку! Они слоняются по дому и передают друг другу истории об изменниках-шотландцах, но, честно говоря, каждый из них втайне уже успел предложить ей занять твое место в ее постели.

Стивен только головой покачал:

— Однако вы сумели удержать их на расстоянии.

— И это было нелегко.

— А как насчет Чатворта? Он уже занял мое место в постели моей жены?

— Судя по всему, ты ревнуешь, — хмыкнул сэр Томас, — а ведь минуту назад сам был готов отдать ее Роджеру. Нет, Роджер и минуты не провел наедине с ней. Она превосходная наездница, но без охраны он не поскачет с ней никуда из страха, что она удерет к своим шотландцам.

Стивен презрительно фыркнул:

— А по-моему, у самого Чатворта слишком много врагов, чтобы ездить без охраны. Ну, это его дело. Вам следовало запереть ее в комнате и не позволять никаких прогулок.

— Я не так стар, чтобы устоять перед таким личиком. Стоит ей о чем-то попросить, и я немедленно сдаюсь.

— Но теперь она на моем попечении. Кстати, мне отвели прежнюю комнату? Не могли бы вы прислать туда воды для ванны и горячий ужин? Завтра моя внешность ее не оскорбит.

Сэр Томас улыбнулся столь спокойной самоуверенности. Завтрашний день обещает быть волнующим!

Бронуин поднялась с первыми лучами солнца и сейчас, хмурясь, в нерешительности стояла у стола с запиской в руке. Сегодня на ней было бархатное платье цвета «павлиний глаз». В разрезы пышных рукавов выглядывал бледно-зеленый шелковый флер.