— Но чтобы получить ее, ты решился на поединок, — напомнила красавица.

— Да, но тогда в ее глупую голову было легко вбить не менее дурацкие идеи. И Монтгомери был готов драться за нее. Его так разбирало поскорее затащить ее в постель, что глаза горели как уголья.

— Я слышала, она красива, — с неподдельной горечью заметила женщина.

— Ни одна женщина не превзойдет красотой ту землю, которой владеет. Выйди она за меня, я бы послал туда английских фермеров и получил бы немалый доход. Но эти шотландцы уверены, что их долг — делиться землей с сервами.

— Да ведь ты потерял ее и проиграл битву, — напомнила женщина.

Роджер стремительно вскочил, едва не перевернув тяжелый стул.

— Ублюдок! — прошипел он. — Он вдоволь поиздевался надо мной! По его вине я стал посмешищем для всей Англии!

— А ты бы предпочел, чтобы он убил тебя? — усмехнулась она.

Роджер встал перед ней.

— А ты предпочла бы умереть? — тихо спросил он.

Женщина наклонила голову.

— Да, о да, — прошептала она, но тут же гордо воскликнула: — Ведь мы заставим их платить, верно? Мы уже захватили жену и сестру Стивена! Скажи, что ты намерен с ними делать?

Роджер улыбнулся:

— Бронуин — моя. Если я не могу заиметь ее земли, по крайней мере удовлетворюсь женщиной. А вот Мэри, разумеется, твоя.

Женщина протестующе подняла руку:

— Ее даже пытать не интересно. Серая мышка. Боится всего и всех. Может, лучше отослать ее домой в таком виде? — с ненавистью прошипела она и впервые повернулась к Бронуин лицом. Та широко раскрыла глаза при виде ужасно изуродованной щеки. Неужели она собирается изувечить бедняжку Мэри?

Бронуин невольно ахнула и не успела опомниться, как Роджер выскочил в коридор, схватил ее за руку и втащил в комнату. Пальцы его с такой силой впились в ее руку, что Бронуин поморщилась от боли.

— Так это и есть тот лэрд, которого ты захватил, — прошипела незнакомка.

Бронуин не сводила с нее глаз. Одна сторона когда-то прекрасного лица была чудовищно изуродована. Длинные борозды уродливых шрамов оттянули глаз, приподняли губу, обнажая зубы. Вид у нее был как у сказочной ведьмы.

— Смотри сколько влезет! — взвизгнула она. — Да хорошенько запомни виденное, ибо ты поможешь заплатить за все, что наделала!

Роджер, выпустив Бронуин, сжал плечи женщины.

— Садись! — скомандовал он. — Нам нужно многое уладить. Спрячь ненадолго свою ненависть. Есть дела поважнее.

Женщина, продолжая сверлить Бронуин взглядом, покорно уселась.

— Где Мэри? — спокойно осведомилась Бронуин. — Если вы освободите ее, я больше не стану убегать. Можешь делать со мной все, что захочешь.

Роджер торжествующе рассмеялся:

— Как благородно с твоей стороны! Но разве у тебя есть возможность торговаться? У тебя ничего нет. Мало того, тебе больше не дадут еще одного шанса сбежать!

— Пойми, какая польза тебе от Мэри? Она в жизни никого не обидела.

— По-твоему, это ничто? — завопила женщина, тыча пальцами в шрамы.

— Мэри не могла этого сделать, — убежденно заявила Бронуин, начиная верить, что шрамы — отражение истинной натуры этой женщины.

— А ну-ка немедленно замолчите! Обе! — приказал Роджер, поворачиваясь к Бронуин.