Ух, хорошо! Вот это я понимаю! Даже соскучиться успел по такой рыбалке.

Лодку швыряло, как в шторм. Герцог едва мог удержаться на одном месте, то бледнея, то зеленея. Ох, лишь бы не вырвало. Во все же стороны полетит прикормка, блин!

Леска со специальной алмазной нитью в центре хорошо держалась. На какой-то миг давление ослабло, и я начал её вытягивать.

Процесс оказался небыстрый. Леску то снова вырывало из рук, то я быстро вытягивал её. Борьба продолжалась с четверть часа, а то и больше, пока под беспокойной поверхностью не показалось тёмно-серое пятно. Спустя ещё столько же времени я подтянул к борту лодки огромную ракушку. Она клацала зубами и разрезала воздух зелёными щупальцами, что росли из того места, где соединялись нижняя и верхняя ребристые створки. И их было больше двух дюжин!

Герцог вовремя сориентировался и выхватил из ножен обычный меч. Он засветился и засвистел в воздухе, обрезая тентакли озёрного чудовища. Ракушка издала визг ярости.

— А где трость, герцог? — улыбался я, уже наслаждаясь схваткой с монстром. В жилах бурлила горячая кровь. — Я думал, это ваше любимое оружие!

— Потерял или оставил, не помню где… А, чёрт! — выкрикнул Билибин, пригибаясь под свистнувшим тентаклем.

Я улучил момент и сунул удилище под ногу, наступив на него и срастив стопу с досками обратно. Теперь никуда не денется. Вцепился в створки раковины и начал со скрипом их раздвигать.

— Какого чёрта ты творишь, Дубов? — кричал герцог.

— А ты что, моллюсков никогда не пробовал? — радостно хохотал я, работая руками. На предплечьях и бицепсах вздулись вены. Инсект я не призывал — не видел смысла. Мне нужно моё осязание, а морёная плоть лишена нервных окончаний.

— Если не отпустишь эту тварь, то скоро моллюск попробует меня! — Особо вёрткое щупальце хлестнуло Билибина по руке с мечом, но он успел перехватить его второй рукой и отсечь другое, направленное ему в голову.

— Лучше прикрой меня, герцог! — крикнул я после того, как выплюнул укушенное мной щупальце.

Поднапрягся, ощущая работу мышц на спине и плечах, и раскрыл створки. Ракушка взбесилась ещё больше, замолотив по воде щупальцами и подняв тучу брызг и волн, захлестнувших нас.

— Герцог! — Я перенёс себе под ноги из кольца молот и взглядом показал на него. — Не дай ей закрыть пасть!

Макс всё понял, не без труда подхватил тяжёлое оружие и вставил поперёк пасти монстра. Створки угрожающе затрещали, пытаясь сомкнуться. Но молот держался. Я с головой залез внутрь ракушки. Здесь было темно и воняло тухлой рыбой так, что резало глаза. Слепо шарил по склизким внутренностям гигантской устрицы. Время растянулось, будто горячая резина, но я наконец нащупал искомое и вытащил на свет большой обсидиановый шар. Чёрная жемчужина.

Рассматривать шар было некогда, так что я перенёс его в кольцо и снова залез внутрь. Такого редкого монстра убивать не стоит. Вдруг через годик-другой мне опять понадобится жемчуг? А я уже знаю, где его раздобыть. Так что, отыскав крюк, со смачным чпоком выдернул его из желейных внутренностей ракушки-убийцы.

И моя доброта почти сразу аукнулась мне. Я едва успел высунуть голову и схватиться за молот, как чудище рванулось назад, молотя по воде, что есть сил. Его сила оказалась столь велика, что с громким хрустом рукоять сломалась. В моей руке осталась лишь маленькая деревяшка, а монстр нырнул обратно.

— А мой молот? — в отчаянии спросил я сам не зная кого.

Ну уж нет! Не отдам! Я отозвал Инсект от своих ног и уже приготовился нырять вслед за тварюгой, похитившей молот, как с тихим всплеском из воды вылетела головка молота и тюкнула меня в лоб. В голове раздался колокольный звон, а мир пошатнулся.