А вот у меня с ней не заладилось. Не знаю, то ли виной совместное проживание, над которым шутили все кому не лень, то ли я её просто бесил, но никакого нормального контакта. На людях общалась по делу. Только стоило нам оказаться наедине, как тут же замыкалась в себе.

Пытался разговорить, но результата достиг абсолютно иного. Пропасть между нами лишь увеличивалась. Палкина даже иногда мелко мстила непонятно за что. Памятуя о том, что за все её косяки будем наказаны вместе, она в начале нашего общения специально делала их, чтобы потом со змеиной улыбочкой наблюдать, как я отдуваюсь ни за что. И Верку даже не волновал тот факт, что сама наказана: привыкла, падлюка, за три первых курса Императорской Школы Спасателей терпеть любые трудности.

 Но со временем Палкиной пришлось отказаться от подобной развлекухи. Я припомнил ей слова лейтенанта Якутовой: кто главный в нашем тандеме и чьи приказы Вера должна исполнять как инструкторские.

После очередного заслуженного не мной наказания, дождался глубокой ночи. Чах по моей просьбе откуда-то притаранил ведро ледяной воды. Окатив ею спящую курсантку, тут же скомандовал.

- Упор лёжа принять!

- Ты охренел?! - взвизгнула она, очумело вскакивая с койки.

- Не охренел, а даю вводные, курсант Палкина! Ты попала в зону жуткого наводнения. Получила небольшое переохлаждение. Сто отжиманий, чтобы немного согреться. А потом ползёшь по-пластунски на первый этаж, маскируясь под сирьенну. Напоминаю, что у русалок в водной среде нет ног, поэтому вся нагрузка исключительно на руки. Голову не поднимать. Снайперы гоблинов контролируют территорию и могут отстрелить башку. Три минуты! Время пошло!

- Пошло не время, а ты! - зло огрызнулась она. - Не дорос ещё мне приказы раздавать.

- Как раз дорос, голубушка. Напомнить слова лейтенанта Якутовой, что в отсутствие инструкторов ты обязана выполнять мои распоряжения?

- Значит, я их проигнорирую. И догадайся, кого вместе со мной накажут завтра за непослушание, если попытаешься пожаловаться?

- Меня. Переживу. Но учти, что на следующую ночь тебя ожидают менее приятные вводные. Чистой водичкой на всё рыло не отделаешься.

- Плевать! Я тоже переживу!

С этими словами Палкина улеглась прямо на пол и уснула. Ничего себе! Даже я так не умею.

Наутро я показал заранее подготовленную запись ночного инцидента лейтенанту. Она долго смотрела, хмыкала. Потом к ней подключился Станов, и они хмыкали уже вдвоём.

- Надо взять на заметку, - первым произнёс прапорщик. - Оригинально.

- Я бы даже сказала, талантливо, - согласилась с ним Якутова. - Жестокая в своей бессмысленности вводная. Мне нравится. Но и Горюнов, и Палкина правы: это залёт курсантки, который прощать нельзя. Оба, двое! Марш наверх и спускайтесь по лестнице, как сирьенны. За водой лень идти, так что на сухую делайте. Но про снайперов харков не забывайте!

Я даже не стал спорить и первым исполнил наказание. За мной его повторила Верка. После чего встала и победно посмотрела на меня.

Но на следующую ночь она, прежде чем улечься, проверила нашу каморку на предмет разных вёдер с водой или иных зловредных вещей. Успокоившись, легла и моментально вырубилась.

Зря. Беспечность спасателям не к лицу. Я не стал ничего предпринимать до самого утра. Лишь за пять минут до подъёма Чах притаранил мне очередное ведро. На этот раз с жидким куриным помётом. Включив телефон на запись,я вылил жижу на Палкину. Оглушительный вопль совпал с сигналом на побудку.