- Спасибо за интересную игру, господин майор. Я её надолго запомню. Такого сильного противника даже припомнить не могу. Считаю необходимым вернуть свой выигрыш, так как понимаю, что он вам нужен для…

- Нет! - жёстко отказался Модест Аркадьевич. - Никто не имеет право думать, что граф Жуковский способен отказаться выплачивать долг Чести!

- Справедливо, - кивнул я. - И достойно уважения. Тогда позвольте уже на правах собственника этого арсенала, в знак признательности сделать вам небольшой презент. Уверен, что ему найдётся более достойное применение, чем ополаскивание серпа кровопийц.

С этими словами выставляю на стол одну из бутылок вискаря.

- На таких условиях готов, - прервал наш мысленный спор майор, убирая бутылку в сейф. - Данила, спасибо. Вы не только отличный сержант, но и благородный человек. А теперь, уверен, всем пора заняться текущими делами. Скоро жаркие денёчки предстоят, и всё должно работать в наших подразделениях как часы.

Глава 19

“Жаркие денёчки” не заставили себя долго ждать. Уже следующей ночью мы получили приказ готовиться к утренней атаке. Почему такая скрытность не понимаю. Видимо, боятся утечки информации со стороны невыявленных оборотней. Они могут быть везде: при штабе, на связи или в окопах простыми солдатами. Других объяснений не вижу. Лично пришедшая в наш табор Якутова очень серьёзно и дотошно объясняла, что мы должны сделать и какие позиции удерживать.

- Вера где? - спросил я у неё, когда бойцы разошлись отдыхать и проверять оружие.

- У своих. Бесится, что её в первую линию не взяли. Но… Так надо, Данила. Ты уж потом нашим курсантам объясни, что Палкина не по своей воле в самую гущу не пошла.

- Им-то объясню… А вот как вам объяснить, что вы моим отделением пытаетесь, как микроскопом гвозди забивать? Ты видела возможности бойцов. С потерями прорваться к барьеру и там, окопавшись, отстреливаться мы, конечно, сумеем, но…

- Опять гвозди микроскопом? - хитро улыбнулась лейтенант.

- Именно. Пустить свободными охотниками было бы самое то. Как спасатели действуют, только на ограниченном пространстве и с другой миссией. Наша цель не спасти, а уничтожить. Не дать тварям развернуться в тылу. Как тогда с гоблинскими пушками было.

- Хорошо, что ты это первым сказал, - хлопнула она меня по плечу. - Вот сейчас к Модесту пойдём, и огласишь свои мысли ему. Я спецом не лезла, чтобы не палить вашу группу раньше времени. Но полностью с тобой согласна.

- Понял. Идём или бежим в штаб?

- Горюнов, у меня только бегом. Должен был уже выучить.

 Когда я рассказал майору Жуковскому, как представляю работу своей группы, то он ненадолго задумался, а потом изрёк:

- Младший сержант, говорите вы красиво, но при таком скоплении вражеских сил, к тому же сидящих в обороне, получится рейд смертников. Вас раскатают за считаные секунды. Заметьте! Даже не минуты! Отважно-бездарная гибель подчинённых - это не то, о чём мечтает нормальный командир, к которым я себя причисляю.

- Я тоже не самый героический человек на свете, поэтому очень хочу жить, - парировал я. - Но вспомните, что мы сотворили в артиллерией зелёных? Если вдуматься, то новая задача мало чем отличается от той.

- Я согласна с Данилой, - вступилась за меня Якутова. - Пойми, майор, что это ребята особенные. Им по тылам гоблинским шляться не впервой. Ты на их позицию подбери других муравьишек, а мы отдельно повоюем.