— Марго, — недовольно ответил женщине князь. — Во-первых, я не разрешал перебивать меня, а во-вторых, у нас появился один очень неприятный то ли подельник, то ли враг. Сегодня многие из вас с ним имели удовольствие познакомиться.

И тут губернатор включил свою запись нашего с ним разговора. Долгое гробовое молчание было реакцией на это видео.

— Получается, — вынес вердикт какой-то полицейский генерал, явно находящийся в родстве с Шумелкиными, — что к нам подбираются не со стороны финансов. А я говорил, что связываться с тварями — плохая затея! Предлагаю уничтожить Горюнова, пока не поздно!

— Уничтожим, Сёма, — кивнул Пётр Ананьевич с ехидной улыбкой. — Но не сегодня и не мы. Горюнов ищет оборотней? Он найдёт их! Вернее, они его. К нам же никаких претензий не будет: погиб парнишка на боевом посту. Более того, я уже проявил полное расположение к семье этого хитрожопого, но очень самоуверенного старшины, считающего, что может играть со мной на равных. Завтра лично вручу все бумаги, подтверждающие отсутствие долгов перед администрацией губернии, и переведу необходимые деньги его родственникам. Трогать их теперь нам как бы вообще резона нет.

Ещё я связался со столицей. Наш союзник временно прекращает сотрудничество с Родом, чтобы случайно не засветить каналы связи. Ликвидацию Горюнова проведут его люди… точнее, нелюди. А после этого, сделав небольшую паузу в делах, снова займёмся общими проектами.

Пока же нам необходимо всего лишь сделать правильный информационный фон не только в нашей губернии, но и по всей Российской Империи. Пусть пиарщики займутся этим немедленно. А ты, Сёмушка, со своим ведомством устрой несколько громких коррупционных расследований. Все улики должны вести к нашим конкурентам. Даже если и отмажутся в суде, то от дерьма долго не отмоются. Давайте решать проблему с пользой для нас.

Дальше ничего интересного на записи не было: обсуждали какую-то текучку. Досмотрев до конца, я поинтересовался у Чаха.

— Отследил, с кем в столице связывался Шумелкин?

— Нет. Извини, но я реально не мог разорваться, поэтому на время оставил губернатора и занялся его внутриродовой сетью. Да и само помещение, в котором происходило совещание, непростое. Ты не представляешь, каких усилий мне стоило заставить там работать видеокамеру и не спалиться!

— Ладно-ладно! — доброжелательно улыбнулся я. — Ты и так сделал очень много. Проставлюсь потом обязательно. Чего интересного натырил с родовых компов?

— Много чего. Мельком глянул, правда. Но там все схемы, завязки-подвязки и компромат на высокопоставленных чиновников со всей Российской Империи. Работу князь проделал огромную!

— А может, и не он, — предположил я. — Опять что-то вспомнился тот перстенёк Рода Труворовых на пальце у Вожака. Уверен, что он лично ведёт губернатора и подкидывает ему труднодоступную инфу. Значит так! Завтра после обеда едем в администрацию. Получаем все отцовские бумаги. Ну, а дальше пора выходить на следака. Думаю, Комов себе уже все ногти нервно обгрыз, ища пропажу. Не будем доводить его до инфаркта.

Так и поступили. Но расхаживать по улицам не стал, чтобы топтуны СБ не засекли раньше времени. Сдуру же могут попытаться и захват устроить. Просто Чах перенёс меня в неприметную подворотню, где я быстренько вскрыл какой-то драндулет с тонированными стёклами и беспрепятственно подкатил на нём прямо к крыльцу администрации.

Охрана пропустила, даже не спросив документов. В кабинете губера всё прошло быстро и по-деловому. Бумаги, подтверждающие закрытие ссуды, а также два банковских уведомления, что три миллиона переведены на счета отца и матери, перекочевали ко мне.