В состоянии стресса в голову лезут любые мысли. Оленьке вспомнились анекдоты из серии «… и вдруг возвращается муж». Там тоже действие происходит в спальне, а лишняя персона прячется в шкаф.

Она вместе с сумкой нырнула в пространство под рубашками и брюками Дениса. Дверца шкафа захлопнулась и почти одновременно открылась дверь в спальню.

Судя по голосам – их было трое. Сначала работали молча, но вскоре оказалось, что кто-то по кличке Лось не может открыть сейф. Ну не берет его отмычка! Калитку открыл, входную дверь тоже, а у сейфа замок похитрее… Оленька знала, что существует мат. Она даже знала смысл отдельных слов этого языка. Считала, что может понять без переводчика, но она ошибалась. Рядом со шкафом возник такой диалог, такой каскад терминов, что Крутова потеряла ориентировку… Понятно, что двое высказывали Лосю претензии по поводу его профессионализма, а он сообщал то, что думает о них и их родственниках.

Наконец спор затих и заработала дрель. Металл сейфа с неохотой поддавался напору… Вскоре что-то лязгнуло, и возник новый диалог. Тут уж все трое ополчились на какого-то фраера, который впарил им это фуфло.

Они продолжали возмущаться и на лестнице, и у входной двери, и, вероятно, на участке, идя к калитке…

– Ты дома, Ванда? Мы сейчас к тебе приедем… Как кто? Я и Чубик… Нет, он не главный энергетик. Он кот… Как это, где я? Я в доме Дениса. Лежу в его кровати… Почему с ним? Конечно одна… Дура ты, Ванда! Человек в тюрьме, а ты все о своем… Ты не права! Секс в жизни не главное. Главное – любовь и верность.

Оленька Крутова была, пожалуй, любимой ученицей. Он слышал о ее отношении к замужеству и к мужчинам вообще, но не воспринимал это серьезно. Как там у Пушкина: «Пришла пора – она влюбилась»… Мудрый Лощинин понимал, что и для Ольги придет пора.

Он порадовался, когда его ученица открыла свою адвокатскую практику, но первое дело Крутовой его расстроило… Молодому адвокату надо набирать очки, раскручиваться, как солисту на эстраде. А значит надо брать пусть скучные, но выигрышные дела. Если ты победил в десятке процессов, то можешь взяться за что-то рисковое.

В случае с Носовым даже не было риска. Тут намечался чистый проигрыш. А в первом самостоятельном процессе это недопустимо! Долго предстоит отмываться. Кто наймет адвоката, вдрызг проигравшего свое первое дело?

Когда Ольга назвала фамилию следователя, то у Льва Львовича возник спортивный интерес. Василий Крюков был тоже его студентом на юрфаке. Но давно, лет двадцать пять назад… Интересно понаблюдать за дуэлью своих учеников: любимого адвоката и не очень любимого следователя. Смешно, но у них даже фамилии похожи. Матч Крутова-Крюков…

Для учителя Вася Крюков всегда был скользким парнем… Юрист, это когда для людей, для правды и справедливости. Для закона, в конце концов! А в Василии чувствовалась крестьянская закваска – все тащи до хаты, а хата моя с краю… Про таких говорят, что он не бульдозер, а экскаватор. Не от себя гребет, а под себя.

Кабинет у Крюкова был солидный… Лощинину бросился в глаза и Свод Законов в книжном шкафу, и большой портрет Президента, и маленькая иконка – жизнь в ногу со временем.

– Ты, Василий, не очень-то обижай Ольгу Крутову. Она тоже моя ученица.

– Не знал, Лев Львович. Обычно я про своих противников сразу данные собираю. Ваша школа!

– Вот и я об этом. Не веди дело так, что она твой противник… Я понимаю, дело проигрышное, но ты не добивай ее совсем.

– Да, в деле Носова адвокату совсем ничего не светит. Но я помогу ей. Вместе поищем смягчающие обстоятельства… Вот, например, то, что погибший был пьян как стелька. Если бы не на пешеходном переходе, то для адвоката зацепка.