|
Все переговоры проходили на торжище, там всем заведовали сыновья Норра, но эти двое пришли именно к нему. За почти пять с половиной десятилетий торговли Норр хорошо научился разбираться в людях. Он, еще босоногим мальчишкой, помогал своему деду, потом был компаньоном отца, теперь уже три десятилетия сам заведовал фамильным делом, собираясь с года на год передать на Алеша, старшего сына. Норр видел - девушка пришла именно к нему, она из бедной семьи, возможно сирота, но одета хорошо - значит, следит за собой, а не опускается, как многие другие смазливые сироты. Гости заинтересовали Норр. Он отложил в сторону свои торговые книги, где велся весь учет закупленных и проданных товаров, и повернулся к своим гостям.
- Я пришла сюда не покупать, отец, - отрицательно покачала головой девушка. - Что же ты хочешь от меня, дитя? Чем я могу тебе помочь? - Норру понравилось, что к нему обратились "отец" - немногие теперь знали, что среди истинно верующих в 36 богов "отец" был не только главой семейства, а и любым старшим человеком. - Отец, мы хотим, чтоб вы нас взяли с собой. Туда, куда вы направляетесь. - Дитя… Норр задумался. Такая просьба не была для него чем-то новым. Он был торговцем, караванщиком - ему довелось побывать в разных землях, обращались к нему и с просьбой укрыть. Много могло быть причин такой просьбы. Жестокое обращение родни, или презрение окружающих. А может, несчастливая любовь - очень похоже. Красивая девушка, но из бедной семьи, или сирота - она не могла рассчитывать на свадьбу с любимым человеком, таких выдавали замуж по договору. А парень, который с ней - он явно испытывает теплые чувства, но, наверно, не может по какой-то причине быть с ней вместе. Вот они и решили бежать, надеясь, что в других краях найдут свою судьбу. Норр мог много рассказать таким парам. Он видел, что лишь немногие находят себя на чужбине. Беды, невзгоды, тяготы и лишения - и уходит любовь, мужчины попадают на самые тяжелые работы, женщины идут в дома терпимости. Норр был не из тех, кто не умеет сказать "нет" - но этой паре он отказать не мог. Он решил, что поможет им, вывезет тайком из этого города, отвезет в большой мир, и даже поможет им найти себе достойное занятие. Девушка была похожа на первую любовь самого Норра, у нее были такие же иссиня-черные волосы, такой же глубокий и пронзительный взгляд. Норр захотел сделать этим любящим людям что-то хорошее, но согласиться сразу не мог. Он должен был, хотя бы для виду, немного поторговаться. Потому что никто бы не поверил, если бы успешный купец так просто взял и согласился безвозмездно помогать совершенно незнакомым людям. - Дитя, ты, наверно, плохо представляешь, что такое кочевая торговая жизнь. Я вижу - ты со своим парнем очень хочешь уйти отсюда, но мы торговцы. Будет ли у вас чем оплатить проезд? - Отец, он не мой парень, - улыбнулась девушка. - Не твой? - Норр удивился, вся его стройная теория сразу лопнула, и он начал подумывать, а не отказать ли этим непонятным людям. - Нет, отец. Он шмон, а я его даву. Шмон… Даву… Торговец многое повидал в своей жизни, но такого… Чтоб даву, та, которая имела право ему приказывать, обратилась с просьбой… Шмон, тут, в глубинке, где кроме этого поселения на дни вокруг нет ни одного человека… Это было невероятно. Такого просто не могло быть - если это действительно шмон и его даву, то они должны были иметь все, что местные люди только могут предложить. Никто не имел права приказывать даву, пока она исполняет свои обязанности. А девушка не могла соврать - такими вещами никто и никогда не шутит, если она сказала, то так оно и есть. Норр задумался, но он не видел ни одной причины, по которой шмон и даву должны были куда-то бежать. Им просто не от чего было уходить. - Почтенная… - Авьен, отец. Пусть этот титул будет для тех, кто не знает истинной веры. |
