За спиной начальника тревожно перешептывались его подчиненные.

– Капитан корабля должен покинуть эту планету через несколько дней. За это время мы не сможем закончить наши исследования, но если мы не воспользуемся этой возможностью до отлета, то останемся здесь навсегда из-за нарушений межпланетного сообщения в империи.

Селим вглядывался в остальных исследователей, видел их озабоченные лица, отчужденные взгляды остекленевших от напряжения глаз.

– Возможно, потребуется некоторое время для того, чтобы наши политические лидеры разрешили конфликт и вернули нашу жизнь в привычную и нормальную колею. Никто из нас не желает навсегда остаться замурованным на этой ужасной планете, поэтому мы отбудем вместе с последним транспортом. Перед отъездом мы запечатаем и законсервируем станцию и все ее рабочие системы. На Арракисе осталось мало неоткрытого, но на случай нашего возвращения мы сделали все возможное, чтобы потом найти ее здесь готовой к работе, с сохранными механизмами, даже если перерыв продлится несколько лет.

Когда запись окончилась, Селим горько рассмеялся.

– Перерыв продлился больше, чем несколько лет!

Образы давно умерших имперских ученых не ответили, они лишь смотрели невидящими глазами в непредсказуемое будущее. Селиму очень хотелось хоть с кем-нибудь разделить свой восторг, но это было невозможно. Пустыня надежно держала его в плену.

Но как бы то ни было, он найдет способ бежать из этого плена.

* * *

Риск уменьшается по мере того, как растет вера в наших братьев-людей.

Семь дней.

Бригит Патерсон не хотелось так сильно сжимать срок, но пришлось подчиниться обстоятельствам и выжать из команды все возможное. Люди работали в поте лица, не покладая рук. Патерсон проверяла и перепроверяла результаты работ, чтобы исключить малейшую ошибку. Ставкой была жизнь целой планеты.

Как и рассчитывала Серена, инженеры едва уложились в отпущенное им время.

Протестировав систему разрушающих защитных полей и убедившись в ее исправности, придирчивая Бригит Патерсон наконец предоставила своим людям несколько часов отдыха. Одни сели у окон из укрепленного плаза и уставились в серое небо ничего не выражавшими от усталости глазами, другие завалились спать, застыв в самых причудливых позах.

Армада появилась утром девятого дня.

Следящие системы, установленные инженерами для улавливания активности сенсорных датчиков сети Омниуса, замигали лампочками индикаторов тревоги. Бригит разбудила свою команду и объявила, что флот Лиги вошел в зону действия сети и приближается к планете, чтобы освободить ее. Патерсон надеялась, что Серене удалось перехватить Армаду и предупредить ее командира о том, чего ему следует ожидать.

Кимеки с презрением отнеслись к самой возможности атаки. Они и в мыслях не могли допустить, что люди дикого вида когда-либо осмелятся напасть на мыслящие машины. Но воплощение Омниуса на Гьеди Первой принялось спокойно обрабатывать поступающую информацию и разрабатывать ответные действия.

Флот мыслящих машин был разбит на две неравные части. Несколько больших кораблей патрулировали орбиту, но основная часть судов находилась на земле и участвовала в карательных операциях против населения. Теперь же, ввиду приближения Армады Лиги, Омниус издал приказ по сети. Загудели двигатели управляемых роботами кораблей, суда были приведены в готовность номер один и могли в любую минуту подняться на орбиту, чтобы плотной синхронизированной массой ударить по боевым кораблям людей – дерзких, ничтожных хретгиров.

Бригит Патерсон слушала обсуждение этих планов и улыбалась.

Подчиненные Бригит инженеры подбежали к своему начальнику. Некоторые выглядывали из окон, чтобы еще раз бегло осмотреть системы, стоявшие на покрытых снегом скалах.

– Не пора ли включать разрушающее поле? У них все готово.