— Знаешь, с таким же успехом они могут и разувериться в тебе, — голос Марты стал резким и пронзительным. — Откуда вообще взялся этот контракт, который ты подписал, и этот шиллинг? Вот, можешь взять его обратно! — С этими словами она швырнула монету сыну. — Он мне не нужен.

Но Джо был слишком доволен собой, чтобы позволить матери испортить ему этот день.

— Ты еще будешь гордиться мной, мам, когда я получу форму. Кроме того, в армии мне будут платить зарплату, и в контракте я сделал пометку, чтобы они посылали мои деньги тебе.

— Мне от армии ничего не нужно. — У Марты начиналась истерика. — Я хочу, чтобы ты, Джо Росси, оставался с нами в этом доме.

Лили, которая никогда не хныкала, удивила всех, расплакавшись навзрыд.

— Тебя убьют, Джо, — всхлипывала она, — как брата одной девочки у нас в школе.

— А я хотел бы стать солдатом, — с завистью заявил Джорджи.

— Видишь, что ты наделал! — бросила Марта в лицо среднему сыну. — Ты довел свою сестру до слез, а твой маленький братик тоже хочет поступить в армию.

— Ты еще ростом не вышел, Джорджи, — сказал Джо. — Тебе никто не даст восемнадцати. И меня не убьют, Лил. Меня даже не отправят на фронт, пока не убедятся в том, что мне уже девятнадцать.

— Разве они не просили тебя показать свидетельство о рождении? — Все свидетельства о рождении лежали у Марты в коробке под кроватью.

— Никто не спрашивал у меня документов. — На лице Джо впервые отразилось сомнение, словно он понял, что его приключение может закончиться, еще не начавшись.

— В таком случае я сама покажу им его, — с торжеством заявила Марта. — Кстати, а кто дал тебе этот контракт на подпись?

— Сержант Гиллиган, полицейский из участка Роуз-хилл.

— Эрни Гиллиган! — с презрением воскликнула Марта. — Я знаю его — гнусный негодяй. К тому же ему прекрасно известно, что тебе всего четырнадцать. Разве это не он пытался поймать тебя, когда ты ехал на велосипеде по тротуару, а не по мостовой?

Решено, она отправится к нему сегодня же. Но сначала нужно зайти к миссис Ллойд, матери Альби; а в участок они могут отправиться вместе.

Ллойды жили над лавкой бакалейщика на углу улицы Королевы Анны. Мистер Ллойд работал швейцаром в шикарной гостинице и поэтому носил темно-синюю ливрею, расшитую золотыми галунами. Альби был их единственным ребенком.

Марта постучала в дверь, и спустя несколько минут ее отворила Гвинет Ллойд. Мать Альби была маленькой и худой, а ее личико выглядело так, словно она каждый день скребла его пемзой, такой красной и воспаленной казалась кожа. Окинув гостью тяжелым взглядом с головы до ног, она грубо поинтересовалась:

— Что? — хотя ей было прекрасно известно, кто такая Марта.

Ее неприветливый тон сбил Марту с толку.

— Это касается нашего Джо и вашего Альби. — Наверняка эта женщина понимает, почему она пришла. Пожалуй, следовало хоть немного привести себя в порядок, прежде чем сюда являться. Можно было хотя бы снять передник и надеть шляпку вместо шали. — Они поступили на военную службу. Разве Альби не сказал вам об этом? Похоже, Эрни Гиллиган, полицейский из участка на Роуз-хилл, убедил их подписать контракт. Они сказали ему, что им уже исполнилось восемнадцать, но Эрни Гиллиган знает, что это неправда, по крайней мере в том, что касается нашего Джо.

Гвинет равнодушно передернула плечами.

— Ну и что?

— Как это что? — вспылила Марта. Что происходит с этой женщиной? — Я намерена сейчас же повидаться с Гиллиганом и подумала, что будет лучше, если мы придем вместе.