— Все прошло даже лучше, чем я думала, — подала голос Агата.

Сейчас, в лучах дневного солнца, она выглядела просто чудесно. На ее лице ни морщинки, глаза искрились искренней радостью и облегчением, а светлые волосы чуть растрепались на легком ветру. Если не знать, сколько ей лет, можно было бы даже вновь влюбиться.

Шуйский отогнал от себя этот морок, надвинув маску безразличия.

— Он мне не нравится.

— Это нормально. Было бы странно, если бы перевертыш тебе понравился. Тогда бы я сказала, что князь Шуйский стал чересчур современным.

— Перевертыш должен умереть, когда исполнит задуманное, — отрезал Даниил.

— Ты не сможешь, вы пожали руки.

— Но не ты, — легко улыбнулся Шуйский. — Ты молчала, и в нашем договоре этот недотепа забыл про тебя. Был слишком увлечен дурацким ножом и условиями сделки. Нечисть есть нечисть.

— Об этом узнают другие, — побледнела Агата. — Многие рубежники перестанут иметь со мной дела.

— Ты не поняла, что стоит на кону? — пробуравил ее взглядом Шуйский. — Цель всей нашей миссии. Если упустим ларь, все планы пойдут прахом. И ради этого можно пренебречь парочкой деловых связей. Любые жертвы ради Созвездия.

— Любые жертвы ради Созвездия, — торопливо повторила Агата.

— Вот и замечательно, — впервые за все время разговора Шуйский улыбнулся. — А теперь пойдем, мне что-то захотелось посмотреть, что подают в том огромном бистро. Рядом с Тверской.

И два могучих кощея, которых издали можно было принять за влюбленных, отправились обратно.