Кивнув, шепнул Рейке:

— Не отходи от меня.

Выпрямившись, оглядел людей, которые до этого дня были моими. Громко сказал:

— Послушайте меня. Вы сами сегодня слышали, в чём меня обвиняют. Но сейчас я не хочу вас ни в чём убеждать.

Наёмники молчали. Я обратил внимание, что они словно разбились на две группы. Центром одной стал Кирт, другой Гавал. Точно так, как и смеялся Кирт в том сарае, где я уже пытался объясниться с ними. За одну половину может говорить один, за другую другой.

Ещё раз признался:

— Да, не было артефакта, были Указы, — пожал плечами. — Теперь нет и их.

Кто-то, кажется Орнаф, недоумённо спросил:

— Что значит нет?

Обернувшись в ту сторону, откуда прозвучал голос, я усмехнулся:

— Разве прожив столько лет с долговыми контрактами, сложно определить, есть или нет Указа служения?

Бывшие наёмники загомонили. Уверен, что сейчас они пытаются заставить Указы наказать их болью. Вот один из них и вовсе сорвался с места техникой, скрывшись в зарослях. Через десять вдохов вернулся с другой стороны. Вернулся с широкой ухмылкой, больше слов говорящей всё о его проверке. Я даже почувствовал слабый укол между лопаток. Кто-то из сидящих передо мной решил проверить мои слова самым жёстким способом. Но даже за мысль о нападении на меня больше нечему было наказывать.

Не дожидаясь, какие ещё мысли придут бывшим наёмникам в голову, я громко сказал:

— Я доволен вашей службой. Здесь, — в моих руках возник потрёпанный кисет, в котором лежало несколько сотен средних духовных монет, ядра Зверей, травы и мечи. В общем, всё то, на чём не было следов предыдущего хозяина. — Плата за вашу службу. На этом она закончена. Вы великолепно сражались, помогли мне хоть как-то снять груз вины с себя и теперь свободны. Можете отправиться куда угодно. У вас есть командиры и теперь вы можете обсудить с ними свои планы, — подумав, я добавил. — Если в землях Саул для вас небезопасно, отправляйтесь в другие земли. Таким сильным и опытным идущим будут рады в любом городе.

Обведя всех взглядом ещё раз, я вбил кулак в ладонь и чуть согнулся. Никто не повторил мой жест, но мне этого и не было нужно.

— Спасибо за помощь в поиске моей семьи. Спасибо, что защищали мне спину и тащили с поля сражения.

Поблагодарив, я выпрямился и шагнул к Зотару. Похоже, таскать кого-то на руках входит в привычку. Но не успел даже склониться к нему, как раздался голос Кирта:

— А если я не хочу уходить?

Я оглянулся через плечо, хмыкнул:

— Ну и сиди в лесу. Ты теперь можешь сам решать это.

Кирт покачал головой:

— Нет, вы не так поняли, старший. Я не хочу уходить от вас.

Выпрямившись, смерил Кирта взглядом. Он торопливо продолжил:

— Старший сказал, что пока я буду верен ему, то Небо будет щедро в своей награде. Так и вышло. Я — Мастер. Я и мечтать…

Я вскинул руку, перебил его:

— Стой! — Кирт замолк на полуслове, и я напомнил ему. — Мы уже говорили об этом. В этом нет моей заслуги. Это только твой талант.

Кирт неподвижно замер. Даже глаза его застыли на бледной маске лица. Через пять вдохов он моргнул и выдохнул:

— И я уже отвечал вам, господин. Это ничего не меняет. Нет Возвышения без Неба. Я не собираюсь проверять, остановлюсь ли на пути к нему, если нарушу своё обещание и покину вас. А со мной останутся и мои люди.

Молчавший всё это время Гавал хмыкнул:

— Что значит твои? Мои тоже никуда не собираются уходить.