— С Эмили?

— Да, с Эмили. Тебе не кажется, что ты причинишь ребенку непоправимый вред, если заставишь ее на суде свидетельствовать против собственного отца?

Джейн попыталась вскочить на ноги, стул откинулся назад и закачался на задних ножках. Адвокат Джейн безуспешно пыталась вернуть его в исходное положение.

— Как, оказывается, много от меня вреда!

— Если тебе наплевать на меня, Джейн, если для тебя не имеет значения, какую роль в моей судьбе могут сыграть твои злобные обвинения, то подумай хотя бы о судьбе нашей дочурки.

— Ты ублюдок!

— Джейн, — предостерегла ее Рене.

— Как ты смеешь, — прошипела Джейн, стукнув кулаком по мраморной столешнице и видя, как отпрянул назад Том Уоделл. — Как ты смеешь переворачивать все с ног на голову?

— Стучишь кулаком по столу, Джейн? Неплохое начало. Что у нас дальше в повестке дня?

— Джейн, — предупредила ее Рене Бауэр, — не теряйте присутствия духа.

— Может быть, нам стоит перенести нашу встречу, а вы за это время обдумаете свои предложения, — сказал Том Уоделл, вставая.

— Подождите минуту, я хочу выстроить все в одну линию, — попросила Джейн, — мне надо убедиться, что я правильно все поняла.

Она начала расхаживать по кабинету. Майкл быстро занял свое место, уступив ей дорогу.

— Ты избегаешь публичного скандала и неприятной судебной процедуры; ты остаешься работать в госпитале и сохраняешь свою блестящую репутацию. Я живу с Эмили и осуществляю над ней ежедневную опеку; ты же растлеваешь ее по вечерам в среду и через уикэнд…

— Ради Бога, Джейн! — Майкл откинул со лба волосы.

— …Если не считать неделю на Пасху и неделю на Рождество, а также один месяц в течение летних каникул.

— Я не вижу здесь ничего, что бы вас задевало. — Том Уоделл начал собирать со стола свои бумаги.

— Ты что, на самом деле думаешь, что я примирюсь с этим? — Джейн стояла прямо напротив мужа. Хотела ли она ударить его? Видит Бог, это принесло бы ей невыразимое удовлетворение.

Майкл на дюйм повернул к ней подбородок. Он бросал ей вызов, насмехался над ней.

— По глупости я надеялся, что компромисс был бы в наших общих интересах.

Джейн прижала руки к телу, едва удерживаясь от того, чтобы не выцарапать мужу глаза. Вдруг она словно увидела в этих глазах отражение Эмили и поняла, что единственный шанс и надежда выиграть дело заключаются для нее сейчас в сохранении хладнокровия. Как странно, подумала она: реванш и надежда значили сейчас для нее одно и то же.

— Да, это было бы в твоих интересах, может быть, даже в моих, но не в интересах Эмили, — сказала она и вернулась на место, взглянув на своего адвоката. Та подошла к ней и положила руку на плечо Джейн.

— Кроме того, время компромиссов прошло.

Майкл желчно рассмеялся.

— Что вы имеете в виду, Рене?

Джейн позволила своему адвокату говорить от ее имени.

— Я только что была у окружного прокурора, — начала Рене Бауэр. — Он собирается выдвинуть против вас обвинения по нескольким уголовным статьям.

Майкл обменялся взглядами со своим адвокатом.

— Окружной прокурор знает, что эти обвинения ничего не стоят, — уверенно заявил Том Уоделл. — Я не могу себе представить, что он пойдет на процесс, имея за душой слова впечатлительного ребенка и ее, простите за выражение, неуравновешенной мамаши.

Он улыбнулся Джейн так, словно отпустил ей комплимент.