— Людовик XIV прибыл в Шарлеруа? — спросил он Вийебрэ.

— Завтра он будет завтра в лагере.

Задав ещё несколько вопросов о планах французской армии, генерал отпустил Вийебрэ.

Вернулся к сопровождавшему его офицеру, тот спросил:

— Можете вы помочь мне найти в вашей армии людей, готовых на риск ради честного выигрыша?

— У нас осталось очень мало настоящих солдат. Остальные — просто бандиты.

— Проведите меня к первым.

Офицер молча повел его в расположение испанской армии. Вийебрэ увидел картину, потрясшую его. Кругом сидели солдаты, игравшие в карты на опрокинутых барабанах. Кто спал, кто пил. Везде валялись пустые бутылки, шныряли женщины. Какой-то солдат хрипло орал во всю глотку, в то время как два кирасира очищали его кошелек.

— У нас тут сброд из всяких стран, — сказал офицер. — Некоторые дезертировали по пять раз.

Вийебрэ холодно взглянул на испанца.

— Я вас понял.

Они подошли к группе солдат, где шла игра в кости.

— У меня пять дукатов, — кричал выигравший. — Кто желает их получить?

— Моя сабля за твои дукаты, — сказал проигравший и швырнул её на барабан.

— Она стоит только двух: клинок железный, эфес медный.

— Ладно, вот ещё пистолеты: они стоят десятка католиков плюс десяток гугенотов.

Рука Вийебрэ легла на плечо игрока:

— Покупаю твою саблю за десять дукатов, и даю ещё десять за руку, которая будет её держать.

— Идет! — воскликнул солдат. — Эй, Конрад, бросай же.

Конрад метнул кости и проиграл: после третьего броска ничего уже не оставалось.

— Офицер, — обратился он к Вийебрэ, — у меня тоже есть сабля и рука. Может, подойдут?

— Вот двадцать дукатов.

— Заметано, — ответил Конрад, кладя деньги в карман.

Тут к ним подошел некий гусар, справившись, не видел ли Конрад его лошади. Вийебрэ купил и его с лошадью.

Таким путем он через четверть часа набрал себе банду наемников. Но едва Вийебрэ попытался вывести её из лагеря, к нему подошел бригадир.

— Эй, вы! — закричал он. — Вы что, на службе нашего генерала герцога Аскота? Ведь только он дает разрешение на выезд.

— Он или тот, кто командует всей провинцией, — ответил Вийебрэ, подавая бригадиру свой пропуск.

Тот прочел, извинился и сослался на любовь к дисциплине.

— К дисциплине? — спросил Вийебрэ. — А может, как и эти люди, вы любите пистоли?

И бригадир, которого звали Бурк, тоже последовал за ними. Он был баварцем и внес свой вклад в разноплеменный состав банды Вийебрэ. Там уже были бойцы из Лотарингии, Франш-Комте, Пьемонта, Швейцарии и Голландии.

По дороге Вийебрэ сообщил им:

— Вы будете получать по пол-пистоля в обычный день, по пистолю — за день в походе. Ночная служба оплачивается вдвойне.

— Превосходно, — воскликнул тип из Франш-Конте, — днем я ведь сплю.

— Вот что, — обратился Вийебрэ к другому, из Лотарингии, — ты на рассвете отправишься во французский лагерь. Твоя задача — разведать расположение артиллерии. Тебе будет трудно найти лейтенанта по имени Гринедаль. Проще искать его под именем Бель-Роз.

— Я найду его.

— Ему ты передашь это письмо. — Вийебрэ дал солдату конверт без адреса. — Оно написано женщиной.

— Слово женщины — смола для мужчины.

— Верно. Скажешь ему, что автор письма будет ждать его в двух лье от лагеря, за Морланвельсом, у дерева, которое ты должен знать.