Губы гувернантки сжались в тонкую линию. Но вместо того чтобы возразить, она повернулась и открыла окно, впуская ветерок.

– Что ж, прекрасно. Вероятно, вы правы.

Сигна напряглась в присутствии родни. Она всего день в Торн-Гров, но уже чувствовала, что произвела ужасное первое впечатление на них обоих. А ей хотелось показать себя с лучшей стороны, хотя сейчас она могла только бороться с отяжелевшими веками и подступающим зевком.

Упрямые, мерзкие призраки, вечно преследующие ее. Она не желала думать о Лилиан или других мертвецах и вообще ни о чем, кроме занятий и новой семье, в которой теперь жила. А хотела учиться, впечатлить их и доказать, что готова вступить в новый этап своей жизни. В которой будет больше живых, чем мертвых.

Откинув волосы за плечи, она сосредоточилась и улыбнулась.

– Рада видеть вас обоих в добром здравии.

– Взаимно, – ответил Перси, пока Блайт ставила чашку на блюдце, балансируя им на коленях.

– Прежде у вас была гувернантка, мисс Фэрроу? – спросила Марджори, присаживаясь на крошечный круглый пуф перед Сигной.

– Очень сомневаюсь в этом, учитывая ее манеры, – пробормотала Блайт себе под нос, делая глоток, когда Марджори бросила на нее неодобрительный взгляд.

– Утверждаете, что ваши манеры лучше? – спросила она.

Блайт поморщилась, пока Сигну захлестнула волна обжигающего стыда. Но будь она проклята, если покажет Блайт, что эти слова задели ее.

– У меня была гувернантка, – ответила Сигна. – …Время от времени.

Что бы Марджори ни подумала об этом ответе, она ничем не выдала свои мысли.

– Как насчет занятий?

Вместо того чтобы признаться, сколько времени прошло с последнего надлежащего урока, она ответила:

– Я умею читать, знаю правописание и арифметику. – Только основы, учитывая, что никто не задерживался надолго, чтобы научить ее большему.

Губы Марджори изогнулись в улыбке, которой можно было только позавидовать.

– А что насчет музыки?

Не желая давать кузине и кузену новых поводов для насмешек и признать, что она редко играла, Сигна заявила:

– Полагаю, я замечательный слушатель.

Блайт закашляла в чашку, тогда как Перси толкал ее локтем в перерыве между своим хихиканьем, заставляя замолчать.

Марджори не удостоила их вниманием.

– Учтем. Тогда почему бы нам не начать с этого? С чтения с листа и игры на фортепиано.

Хоть это и вызывало неприятное ощущение, но прежде Сигну достаточно часто дразнили, поэтому она без проблем могла игнорировать Хоторнов. Она кивнула и позволила себе помечтать, как однажды будет

В чаще леса стоит дом с Круглым столом,

всегда накрытым к пиршеству.

Эта история посвящается моим соратникам,

что сидели со мной за тем столом.

Благодаря вам литературный труд превращается в магию.

Пролог

Все началось с крика ребенка.

Сигна Фэрроу, закутанная в кроваво-красное одеяльце, была самой ослепительной двухмесячной малышкой на празднике. А ее мать была полна решимости это доказать.

– Только взгляните на нее, – ворковала она, поднося капризного младенца к гостям и ожидая восхищения. – Разве это не самое идеальное создание на свете? – Рима Фэрроу вся сияла, порхая в толпе с малышкой на руках. Женщина была просто усыпана шикарными драгоценностями, подаренными мужем-архитектором. На ней красовалось шелковое платье глубокого темно-синего цвета поверх такого пышного кринолина, на который никто другой в ее присутствии не осмелился бы.

Семейство Фэрроу считалось одним из самых богатых. И все присутствующие на торжестве мечтали хотя бы слегка прикоснуться к этому богатству.