— Ну и сколько же ты даешь мне на раздумья? — Она смотрела на него, холодно улыбаясь, с совершенно непроницаемым лицом. Было даже любопытно наблюдать весь этот спектакль.

— Недели тебе хватит? — с некоторой робостью спросил Матти и виновато развел руками. — Извини, но времени не так много осталось.

Кристина медленно кивнула.

— Ну что ж, спасибо. Думаю, что за неделю я вполне управлюсь.

— Вот и прекрасно, — с облегчением улыбнулся молодой человек. — А чем сегодня займемся? У меня обширные планы на вечер. Есть несколько предложений, как неплохо развлечься. Ну а завтра с утра, как и обещал, отправимся на морскую прогулку по архипелагу. Я же должен показать тебе мою яхту и обновить капитанскую фуражку.

— Прости, Матти, но на сегодня с меня достаточно предложений. Как и пищи для размышлений. Пожалуй, я лучше вернусь домой. Ты же дал мне неделю на раздумья. Вот и я отправлюсь к себе размышлять. К тому же мне что-то нездоровится. Так что, боюсь, мне не до развлечений. Только испорчу тебе настроение.

До Матти, хотя и с некоторым запозданием, стало доходить, что все выглядит не совсем так, как ему представлялось.

— Ты что же, хочешь уехать? Прямо сейчас? — поразился он.

— Ты удивительно догадлив, дорогой, — ответила ему Кристина.

— Даже не останешься переночевать? — Матти по-прежнему ничего не понимал.

— Представь себе.

— Но что случилось? Я тебя разве обидел? Я же сделал тебе предложение! Что в этом плохого? Мы же друг друга любим!

Кристина хотела сказать, что было бы правильнее употребить последнее слово в прошедшем времени, но потом передумала. Потому что, несмотря ни на что, понимала, что по-прежнему любит Матти. К тому же было слишком больно, чтобы говорить сейчас об этом. Поэтому она устало объяснила:

— Нет, Матти, ты меня не обидел. Я просто плохо себя чувствую, и мне нужен отдых. А также спокойные условия для размышлений. Лучше отвези меня домой, если не трудно. Чем быстрее, тем лучше.

— Как скажешь, дорогая. Поедем прямо сейчас. Через полтора часа будешь дома. Заодно увижу, где ты живешь. — Матти засуетился, отворачиваясь от нее, будто пряча глаза и свое разочарование.

— Да, конечно, — ответила она размеренным голосом. — Но знакомить с родителями я тебя пока не стану.

Кристина зябко поежилась. День обещал быть солнечным, но с утра было еще прохладно. Чувствовалось начало осени. Листья на деревьях кое-где уже начали понемногу желтеть и облетать.

Она подошла к перилам невысокой металлической ограды на смотровой площадке, расположенной на вершине холма в историческом центре Уппсала. Отсюда открывался прекрасный вид на родной город. Прямо внизу, под ногами, самый старый в Швеции кафедральный собор. Почтенного возраста массивное здание из красного кирпича, с готическими шпилями башен. Когда-то, еще в студенческие годы, она не раз представляла, как выходит из этого собора в белом подвенечном платье с длинным шлейфом, под перезвон свадебных колоколов.

Слева внизу виднелся небольшой ботанический сад с аккуратно подстриженными пирамидами кустами, разбитый между учебными корпусами и научно-исследовательскими центрами университета. Сзади, за спиной, каменная лестница, истертые ступени которой ведут мимо старинных орудий на лафетах во двор крепостного замка. Его высокие стены окрашены в легкомысленный розовый цвет и перфорированы множеством узких окон-бойниц.

Почему-то вдруг вспомнилась церемония «последнего звонка» в гимназии. Тогда она стояла в белой фуражке и белом платье, в окружении сверстников в таких же белых фуражках, полная радостных надежд, точно зная, что будет учиться в университете.