Ваксдаль шагнул ко мне.

— Вы не можете этого сделать, — прорычал он.

— Могу и сделаю, — ответил я. — Ни один из вас двоих не годится, чтобы командовать людьми.

Ваксдаль сверкнул глазами.

— И это говорите вы! — выкрикнул он. — Вы, кто и одного-то лета не служил в Антарктике. Я был в Антарктике в восьми экспедициях. Я-то знаю, что хорошо, что плохо.

— Так вы знаете, что хорошо? Вы принимаете командование экипажем, отрезанным во льдах, и бросаете шлюпки. Как же без них вы намерены спастись?

— Мне было неизвестно, что «Южный Крест» затонул. — Он смотрел вниз и сердито ковырял снег ногой.

— А вам не приходило в голову, что «Южный Крест» мог бы до нас и не добраться? Бросить своего капитана — это равносильно мятежу! А то, что вы бросили шлюпки в таких обстоятельствах, говорит о вашей непригодности для роли командиров. Если у вас есть что сказать, попридержите это для следствия, когда мы вернемся домой. — Я повернулся и зашагал к Герде.

— Собери-ка всех людей. Нужно с ними поговорить.

— Но, Дункан, для разговора уж больно холодно, — промолвила она.

— Им будет еще хуже: они могут здесь погибнуть. И это непременно случится, если не пресечь беспорядки в самом начале. Мне нужен еще один помощник — кто-нибудь из команды «Валь-3». Кого ты предлагаешь?

— Кальстада.

— Хорошо.

Когда все собрались, я рассказал о трагедии «Южного Креста», добавив, что теперь надеяться не на кого, кроме как на самих себя. Затем назначил Кальстада своим помощником, принимающим командование экипажем «Тауэра-3», и объявил, что Ваксдаль и Келлер освобождаются от командных постов.

Меня прервали. Это был рулевой с «Тауэра-3», который стал обвинять Бланда.

— Это не причина бросать его, — ответил я. — Он предстанет перед судом, когда вернемся. Вы не вправе брать правосудие в свои руки, а именно это вы и сделали, бросив капитана на произвол судьбы. Вы и шлюпки свои тоже побросали. Кто из команды «Валь-3» вызовется добровольцем, чтобы пойти за Бландом и двумя шлюпками?

Вызвались все — даже оба раненых и юнга Ханс. Меня тронуло это проявление доверия. Рулевой с «Тауэра-3» выступил вперед и спросил, нельзя ли и им выделить добровольцев.

Но я отказал.

— Вы уже сегодня сделали один переход. А мои люди со свежими силами. Когда поставите свой лагерь и отдохнете, берите двенадцать добровольцев и помогите тащить шлюпки.

Хоу потянул меня за рукав.

— Пусть они вернут шлюпки, Крейг, — прошептал он, — но, ради бога, Бланда оставьте там.

— Я не могу этого сделать, — сказал я.

— Он же убийца, вы это знаете. Вернете его — и он попытается снова совершить преступление. Пусть сам ищет выход — без шлюпок.

— Я этого сделать не могу, — повторил я.

— Боже мой! — воскликнул Хоу. — Ведь если вы приведете Бланда сюда, мне придется его убить. Я поклялся отомстить за отца. Но я не хочу этого делать сейчас. Видите ли, тут Герда… — Он замешкался. — Пусть вместо меня поработает Антарктика.

— Бланда вы не убьете. Мы проведем расследование здесь, на льду. Если выяснится, что он протаранил нас умышленно, тогда Бланд будет работать как рядовой матрос в ожидании суда, который состоится, когда мы вернемся на Большую землю.