Решив не обращать внимания на Кэри, она сосредоточилась на главном хирурге Эллисе Коркоране. Она не очень хорошо знала Коркорана – любопытно, а мог ли кто-нибудь в клинике Спрингер похвастаться, что хорошо его знает? Было весьма непросто преодолеть его замкнутость, характерную для янки. Он редко выказывал эмоции, вот и сейчас лицо его оставалось бесстрастным. Администратор клиники Айра Бекетт, который сидел, упершись массивным животом в стол, тоже редко выставлял чувства напоказ. Молчание затягивалось. У Тоби взмокли ладони, под столом она вытерла их о брюки.

– Так вы говорили нам, мисс Коллинз… – напомнил Айра Бекетт.

Модин откашлялась.

– Я пыталась вам объяснить, что все случилось одновременно. У нас в травмпункте находилась тяжелая пациентка. Все свое внимание мы направили на нее. Мы сочли, что господин Слоткин достаточно стабилен…

– То есть вы не обращали на него внимания? – влез Кэри.

– Нет, обращали.

– Как долго он оставался без присмотра? – уточнил Бекетт.

Модин взглянула на Тоби с мольбой: «Помоги мне!»

– Я была последней, кто видел господина Слоткина, – сказала Тоби. – Это было примерно в пять, пять пятнадцать. А в шесть с чем-то я поняла, что его нет.

– Значит, вы оставили его без присмотра почти на час?

– Он ожидал компьютерной томографии. Мы уже позвонили технику-рентгенологу. На тот момент мы больше ничего не могли для него сделать. Мы так и не знаем, как ему удалось выбраться.

– Потому что вы не приглядели за ним, – постановил Кэри. – Вы даже не привязали его.

– Он был привязан, – возразила Вэл. – И руки, и ноги.

– Значит, он новый Гудини. Никто не может самостоятельно выбраться при фиксации в четырех точках. Или кто-то забыл закрепить ремни?

Обе медсестры молча разглядывали стол.

– Доктор Харпер, – сказал Бекетт, – по вашим словам, вы были последней, кто видел господина Слоткина. Он был привязан?

Она сглотнула.

– Я не знаю.

Пол, сидевший напротив нее, нахмурился:

– Ты говорила, что был.

– Я так думаю. В смысле, я полагала, что привязала его. Смена была такая суматошная, что теперь… теперь я не уверена. Если бы он был привязан, то не смог бы сбежать.

– Ну, наконец-то мы, по крайней мере, честно в этом признались, – заметил Кэри.

– Я никогда не была нечестной, – огрызнулась она. – Если у меня и были проколы, то я уж, во всяком случае, это признавала.

– Тоби, – предостерегающе вмешался Пол.

– Иногда нам приходится управляться с пятью экстренными случаями сразу. Мы не можем помнить каждую мелочь, если во время дежурства возникают осложнения.

– Вот видите, Пол? – сказал Кэри. – О чем я и говорю. Мне постоянно приходится сталкиваться с подобными выпадами. И всегда это ночная смена.

– Вообще-то вы единственный, кто на них жалуется, – заметил Пол.

– Я могу назвать вам еще пяток врачей, у которых были те же проблемы. Нам звонят в любое время ночи, вызывая к пациентам, которых вообще не нужно было принимать.