– Присаживайтесь, пожалуйста, – предложила Линда. – Хотите чаю? Или апельсинового сока?

– Нет, мэм.

– Точно? Это совсем несложно.

– Я не хочу пить, спасибо, мэм.

Линда села напротив Молли, чтобы они могли смотреть прямо друг на друга. Улыбка женщины сменилась выражением озабоченности. У нее были светло-голубые глаза, которые, если их немного подкрасить, могли бы казаться приятными, не будь ее лицо таким нарочито доброжелательным и серьезным. Ничто в этой женщине – ни перманент провинциальной домохозяйки, ни платье с высоким воротничком, ни напряженный узкий рот – не способно было уменьшить тревогу Молли. Она столь разительно отличалась от Молли, будто бы они родились на разных планетах. Девушка знала, что Линда также чувствует эту разницу, это было видно по тому, как она села за стол – выпрямив угловатые плечи и сложив перед собой худые руки. Молли внезапно ощутила острое желание одернуть юбку и скрестить руки на груди. И она почувствовала, как в душе что-то болезненно заскреблось – впервые за много лет.

Она чувствовала стыд.

– А теперь, Молли, – начала Линда, – расскажите мне о своем положении.

– О моем э-э-э… положении?

– По телефону вы сказали, что беременны. У вас есть какие-то симптомы?

– Да, мэм. Мне так кажется.

– И что это за симптомы?

– Я… это… – Молли уставилась на свои коленки. Короткая юбчонка задралась еще выше, до самых бедер. Она поерзала на стуле. – По утрам меня тошнит. И писать все время хочется. И у меня уже некоторое время нет месячных.

– Когда была последняя менструация?

Молли пожала плечами:

– Точно не скажу. Наверное, в мае.

– Больше четырех месяцев назад. И вас не беспокоила такая задержка?

– Ну, знаете, я за этим особо и не следила. А потом я подхватила желудочный грипп и подумала, что, наверное, задержка может быть из-за него. А еще… Еще, наверное, мне просто не очень-то хотелось об этом думать. Ну, что это может значить. Знаете же, как это бывает.

Очевидно, Линда не знала. Она продолжала буравить Молли своими цепкими глазками.

– Вы замужем?

Молли от удивления рассмеялась:

– Нет, мэм.

– Однако вы занимались… сексом.

Последнее слово прозвучало так, словно Линда поперхнулась и пыталась откашляться. Молли съежилась.

– Ну да, – призналась она. – Занималась.

– И не предохранялись?

– В смысле, пользуюсь ли я резинками? Конечно. Но, мне кажется, один раз… что-то не заладилось.

И снова женщина издала хрипловатый звук, словно откашливалась, а затем сложила руки на столе.

– Молли, а вы знаете, как сейчас выглядит ваш ребенок?

Девушка покачала головой.

– Но вы понимаете, что носите под сердцем ребенка? – Женщина придвинула к Молли большую книгу с картинками, распахнула ее на одной из первых страниц и указала на иллюстрацию, где был изображен крохотный скрюченный малыш в небольшом мягком шаре. – Вот как он выглядит в четыре месяца. У него есть личико, есть ручки и ножки. Посмотрите, он уже почти сформировался. Уже настоящий ребеночек. Правда, хорошенький?

Молли неуверенно заерзала.

– Вы уже придумали ему имя? Вы должны как-нибудь назвать его, вам не кажется? Потому что скоро вы почувствуете, как он ворочается внутри.