— Она тоже не поверила в самоубийство?

— В том-то и ужас, что поверила. — Дэмион поморщился. — Она решила, что Давид действительно написал эту записку. Что он действительно считал её шлюхой. Что единственный человек, который любил её без условий, в конце возненавидел её настолько, что решил умереть с обвинениями на губах.

— Первую неделю она просто заперлась в его квартире, пила его коллекцию алкоголя, — продолжил Дэмион. — Заперлась в квартире и не выходила. Люди Кайзера пытались до неё достучаться — бесполезно. Потом она начала видеть его.

— Видеть?

— Давида. Везде. В тенях, в отражениях, в лицах прохожих. Говорила, что он следит за ней. Что он рассказал ей, что его убили. — Дэмион покрутил пальцем у виска. — А потом она вышла на улицу.

— И?

— Она отправила в больницу пятерых человек. За последние три дня. Допрашивала всех, кто хоть как-то был связан с Давидом. Информаторов, дилеров, даже случайных знакомых. Одного парня так избила, что он впал в кому.

— Кайзер пытался её прикрыть, — продолжал Дэмион. — Обычно он может замять что угодно. Но в этот раз даже его связей оказалось мало. Один из пострадавших оказался племянником прокурора графства. Её попытались взять копы, но она ушла. Пока Кайзер пытался решить все с помощью денег, там все стало ещё веселее.

— Судя по твоей интонации, весельем там и не пахнет.

— Ты прав, это психованная устроила настоящую бойню. — В его голосе не было эмоций. Просто констатация факта. — Прямо средь бела дня, в торговом центре. Она увидела какого-то мужчину и решила, что это он убил Давида. Напала на него, а потом на охранников, которые попытались её остановить.

— Сколько пострадавших?

— В торговом центре — семеро. — Дэмион продолжал крутить зажигалку пытаясь успокоить свои нервы. Может ему подарить хорошие четки? — Трое в тяжёлом состоянии. Один, возможно, не выживет. Она ломала кости голыми руками, Доу. С-ранговый боец в состоянии психоза — это не шутка.

Я кивнул, соглашаясь с его словами. Боевой одарённый, желающий чьей-то смерти, обычно её получает.

— Как её остановили?

— Городская стража вызвала Серый Совет, и те её утихомирили. По слухам, сломав ей половину рёбер. Эти парни не церемонятся с теми, кто идёт против Озарённой Империи. — Дэмион скривился. — Но самое весёлое, что она сломала одному из них руку, прежде чем её скрутили. Говорят, что кричала имя Давида до самого конца.

История, конечно, пренеприятнейшая, но этого слишком мало для моей мести. Меня удовлетворит лишь её сломанное ядро вместе с вырванными языком и глазами.

— Где она сейчас?

— Психиатрическая лечебница Святого Михаила. Это в столице графства. Её поместили туда до суда. Официально — для экспертизы. Неофициально — чтобы спрятать подальше от газетчиков. История о сумасшедшей убийце, которая калечит людей средь бела дня, — не то, что нужно властям. Особенно когда на носу новые выборы в администрацию.

— Есть шанс до неё добраться?

— Лечебница Святого Михаила — это настоящая крепость, — Дэмион покачал головой. — Охрана, маги-целители, постоянное наблюдение. И даже если бы ты проник внутрь — она сейчас не в состоянии отвечать на вопросы. Её держат под тяжёлыми седативами.