— Кто эти виновники предстоящей катастрофы?

— Я прошу быть снисходительными, — невозмутимо сказал Родан. — К сожалению, я не могу вам сказать, где следует искать виновников звездного пожара. Но я найду их. Положитесь на меня.

Когда Торт ушел, и бронированная переборка центрального поста управления закрылась за растерянным ферронцем, Реджинальд Булль облегченно вздохнул.

— Я сейчас заплачу, — мрачно сказал он. — Мы никогда не найдем тайну вечной жизни. Почему мы поставили ферронцев в такое трудное положение? Этого явно не требовалось.

— Я в порядке исключения соглашусь с вами, варвар, — вмешалась Тора.

Булли раздраженно повернулся. В заднем конце центрального поста управления кто-то так громко рассмеялся, что скривившееся в усмешке лицо Родана моментально разгладилось. В таком высоком диапазоне колебаний не мог смеяться ни один человек.

— Правильно, варвар, — прочирикал кто-то самым высоким дискантом. — Он хотел меня убить, этот негодяй Булли. В тот раз мне не удалось как следует повеселиться. Слово человека чести. Я больше не заставлю летать по воздуху ни один, самый маленький винтик.

Губы Родана подозрительно задрожали.

— Очень приятно, мистер Человек чести, — с улыбкой сказал Родан. — Откуда ты знаешь это выражение?

Снова послышались резкие, действующие на нервы звуки, которые Гукки называл смехом. Из-за второго стереокорректора вразвалочку вышел он сам: несчастное подобие земной мыши.

Гукки — так назвали разумное пушистое существо с планеты Трамп из-за его доверчивого взгляда, видимо, было довольно трудно передвигать по полу свой растолстевший зад с хвостом бобра.

Гукки подошел поближе. При этом он размахивал в воздухе своими коротенькими передними лапками с нежными коготками, как заправский упитанный борец.

Перед Роданом пушистое существо остановилось. Командир глянул в умные, хитрые глаза-пуговки на типично мышиной мордочке. Странно, что Гукки за короткое время перенял многочисленные привычки людей. Это, очевидно, тоже было частью его природного дарования.

Черный блестящий мышиный нос сморщился. Потом показалось нечто розовое и влажное, откуда высовывался резец Гукки.

Крошечную лапку он приложил к мохнатому лбу. Родан внутренне застонал от смеха. Итак, теперь малыш приветствовал его.

— Лейтенант Гукк из Корпуса мутантов докладывает о готовности к действиям, — пропищало пушистое существо. — Извините, что не говорю: Гукки. Это кажется мне слишком обыденным с тех пор, как я стал человеком чести.

Родан, пожав плечами, отвернулся. Лица других мужчин искривились от сдерживаемого смеха. Только Булль перебирал весь свой огромный словарный запас от и до. Это были жестокие проклятия, на которые Гукки ответил еще одной демонстрацией своего зуба.

— С каких это пор ты стал офицером? — возмущался Булли. — Что это значит: лейтенант Гукк из Корпуса мутантов?

Гукки медленно повернулся. Широкий кончик ложкообразного хвоста пять раз ударил по полу, что было у Гукки выражением наивысшей степени презрения.

— Пять ударов, Булли, — уничтожающе прочирикал он. — Пять ударов! Фи!

— Корабль готов к старту, — прервал голос Родана смех мужчин. — Что теперь смеяться? У каждого разумного существа могут быть свои особенности. Мы, люди, должны быть терпимы к ним и относиться к ним с уважением. Или у нас нет этой терпимости?

Гукки славно забавлялся.