— Как я и говорил, вам следует дождаться окончания совещания. Подходите к кабинету часа через два и так уж и быть, вы будете первым, кого его сиятельство примет. Уже об этом я похлопочу. — Гадко рассмеявшись, этот хряк в черном костюме зашел обратно в кабинет, аккуратно прикрыв за собой дверь.

От досады и явного непонимания, я стукнул кулаком об стену. Как же трудно было мириться с тем, что сейчас я никто. Нужно как-то отвыкать от привилегированного положения карателя, к которому я привык и пользовался в моем мире. А лучше создавать нашу организацию тут. Да, пожалуй, эту идею потом нужно будет хорошо обдумать. Без заказов мы тут не останемся.

Немного успокоив дыхание, я повернулся к охраннику, который с непроницаемым лицом отдал мне все оружие. Так, и что делать? Ладно, не так уж и много времени пока потеряно, самое время перейти к плану ять, еще бы знать, в чем он заключается.

Я буквально сбежал вниз в подвальные помещения и ввалился в лабораторию, где в данный момент просто кипела бурная деятельность. Я даже удивлялся, как никто этого не замечал? Неужели все так боялись этого место, что обходили его стороной настолько, что даже запаха реактивов и брыкание склянок не слышали, или князь мне о чем-то недоговаривает? Как же утомляют — эти дворцовые интриги.

— О, ты уже вернулся? Погано выглядишь, конечно, — протянул Миша, соскакивая со стула с какой-то склянкой с ярко зеленым содержимым. — А я тут такое из пальца вытащил, просто упадешь и не встанешь!

Он повернулся ко мне и двинулся в сторону, где стоял его микроскоп. Подойдя ближе, я увидел, что весь стол был буквально усеян ошметками пальца, помимо оборудования и предметных стекол, конечно.

— Миш, только прошу, побыстрее, времени совсем нет. — Я подумал, что некоторая информация могла бы быть полезной, так что решил дать возможность призраку выговориться, пока я решаю, что делать дальше.

— Удивительное рядом. — Как обычно проигнорировал мою просьбу про скорость повествования Михаил. — Оказывается, кости были растворены под действием какого-то химиката, который я пока не выделил, но, наш друг был отравлен сразу несколькими ядами одновременно, возможно смесь этих ядов с чем-то еще и дала такой лизирующий эффект. В общем, это яд лакосцелеса, шестиглазого песочного паука и черной вдовы. Еще один я никак не могу выделить.

Я тряхнул головой. Я не то чтобы не разбирался в пауках, точнее совсем не разбирался, но судя по возбужденно-удивлённому виду Миши, смесь ядов трех видов не слишком часто встречалась в природе.

— К тому же, я заметил удивительную странность. — Войдя в раж, призрак стал расхаживать передо мной вправо и влево, как преподаватель на лекции. — Я нашел в нашем исследуемом материале несколько яиц, похожих на яйца паука, только это странно, ведь все яйца пауки обычно складывают в коконе.

— В коконе, — я задумался, вспоминая, как из кокона с человеком внутри выбралось огромное количество маленьких паучков.

— Именно в нем, но я думаю, и это лично мое мнение, что человек у этого странного ядовитого паука является таким вот своеобразным коконом для выращивания своих маленьких черных мохнатых детишек. Жуть какая, — Миша задумался, гладя в потолок, продолжая прижимать к груди склянку с ярким содержимым. — Хотел бы я на это посмотреть.

— Что это у тебя? — я вернул его с небес на землю, указывая на склянку.

— А, это противоядие, ну, наверное, по крайней мере, вроде процесс дальнейшего некроза и распада затормозился, но я не уверен, что он вообще идет от яда. — Почесал свой призрачный затылок ученый. — Так что, я бы на твоем месте, на себе испытывать не стал.