— Всегда верил в тебя, Паш, — улыбнулся Андрюха, поглаживая руку. — В Бога и в тебя.

— Не надо меня ставить рядом, нехорошо это, и вообще ни к чему.

— Ой, ладно скромничать! — хихикнул он. — Надо было тебе всё-таки в медицинский поступать.

— И так обойдусь, — ответил я, чуть не ляпнул, что я его закончил больше двадцати лет назад.

Парень с погрызенной ногой видел результат моих действий и уже не выпендривался, смотрел на меня с уважением и надеждой. Его рана была посерьёзнее, чем у Андрея, как только я снял повязку, открылось кровотечение, которое пришлось остановить в соответствии с отсутствием других возможных — заткнул сосуд пальцем.

Дальше всё по накатанной, только дольше и большой расход энергии, которую я старался черпать извне, а не расходовать внутренние запасы. Когда я уже заканчивал, послышался топот и хруст сухих веток. К нам что-то приближалось.

Я подорвался было посмотреть, но Платов положил мне руку на плечо.

— Разберёмся, занимайся.

Андрей вопросительно посмотрел на меня, я кивнул, и они пошли вперёд под Сашиным командованием. Наконец рана полностью затянулась, и я убрал руку, довольный результатом. Боец удивлённо посмотрел на свою ногу, потом на меня.

— А ты реально крут, — сказал он, одернул штанину и уверенно встал на ноги. — Извини, что сначала повёл себя не очень приветливо. Меня Серёга зовут, для друзей просто Серж.

— Очень приятно, Паша, — ответил я и крепко пожал его мужественную руку. — Ты хорошо держался с такой раной.

— Да это адреналин больше, — хмыкнул он. — А так вообще да, когда ты ворожил был момент, когда орать захотелось.

— Ясно, надо ещё научиться обезболивать. Займусь на досуге, — позади меня раздались первые очереди из ПП и шипение воспламеняющихся капсул «Шаманов». — Пойдём к нашим, там что-то начинается.

— Погнали. Одного только понять не могу, Паш.

— Что именно?

— Как такого ценного кадра, как ты, не боятся на передовую отправлять, а сами за твоей спиной прячутся? Если тебя прибьют, то остальным точно хана, даже подлечить некому будет.

— Хм, даже не думал об этом, — ответил я, закидывая рюкзак за спину и передёргивая затвор огнемёта. — Меня вперёд никто не шлёт, я сам на рожон лезу. Если бы я их всегда вперёд слал, скорее всего один бы уже остался.

— Бьёшься ты знатно, но может ты просто шанса им не даёшь себя проявить?

— Можно подумать у вас по-другому, — недовольно буркнул я. Тоже мне умник нашёлся, без сопливых скользко.

— Чаще всего по-другому, сегодня просто Саня повыпендриваться захотел. Наверно перед тобой, просил нас не выпячиваться.

— Ну если ты крутой боец, тогда зачем позволил себя погрызть? — спросил я в надежде наступить на больную мозоль.

— Понимаю, к чему ты клонишь, — холодно ответил Сергей. — Не хочу объяснять, так получилось.

— Да ладно, не дуйся, — я по-дружески ткнул его в плечо. — Всё бывает, знаем, проходили.

— Да я и не дуюсь, ты правильно подколол, за дело.

Дальше было не до разговоров, на небольшую поляну, к которой мы подошли, из леса вышло несколько гориллоподобных тварей, наподобие встреченных во время последней прокачки в Сибири. Мне показалось, что эти ещё больше. Из чащи выходили всё новые и новые, вскоре их выстроилось больше десяти. Последним вышел самый крупный представитель потусторонних обезьян, на полметра выше и шире в плечах всех остальных. Наверно вожак.

Точно вожак, остальные расступились, пропуская его вперёд, потом ряды сомкнулись, и дюжина пятиметровых гадов приняла построение наподобие тевтонского ордена, встали «свиньёй».